Свежий ветер (СИ)

Я сражалась за них всех, и пусть мне не запомнить их лиц, я знала, что они все надеялись и молились за наш успех. Возможно, молитвы в нашей ситуации и абсолютно бесполезны, но я бы не отказалась от божественного вмешательства. Печально улыбнувшись, я сохранила письмо на случай, если когда-то буду чувствовать себя еще хуже, чем сейчас.

Следующее привлекшее мое внимание письмо было от Андерсена – он написал его поле того, как Аленко отчитался перед ним по итогам сегодняшней миссии. Связь с Землей была очень ненадежна, и в целях экономии ресурсов пропускались только самые важные сообщения.

Тот факт, что Андерсен все же написал мне это письмо, означал, что он точно знает, через что я сегодня прошла, и как это на меня повлияло. Я не смогла решить, трогает ли меня это или заставляет устыдиться. Читая его краткое послание, я почувствовала себя так, словно мне снова было двадцать два, а он кричал на меня, пытаясь вбить в мою глупую голову истину, а затем заставил сделать упражнение на пресс столько раз, сколько обычному человеку не под силу.

«Забудь об этом и возвращайся в строй, - писал он.

– Все мы рано или поздно терпим поражение, но не смей жалеть себя по этому поводу. Я серьезно, Шепард, не смей. Это только на руку врагам, а тебе и без того есть чем заняться. Закончи это задание и прикончи его. Я рассчитываю на тебя».

Я вспомнила момент расставания с родной планетой, как я крикнула ему, что вернусь назад и приведу с собой всех, кого только смогу. Тогда я верила в свои слова. Верила я в них и сейчас. Я представляла себе, что приведенный мною флот затмит небо своим числом, и усталые солдаты поднимут головы, окрыленные новой надеждой.

Они будут знать, что вернулась коммандер Шепард, и что у нее есть план. И пусть плана у меня пока не было, зато была армада, а это немало.

Некоторое время я пыталась решить, открывать ли письмо от высшего командования азари об эвакуации Тессии. Я не понимала, зачем они написали мне об этом – разве что им снова требуется моя помощь – вряд ли я сумею нанести еще больший вред. Но я начала ощущать действие таблеток, делающих меня безмятежной и свободной ото всех проблем, полной оптимизма.

Я даже подумала, что сообщение может содержать хорошие новости.

Я ошиблась.

После прочтения мои пальцы, сжимавшие край стола, побелели от напряжения. Это письмо пришло вовсе не от азари, а от гребаного сукина сына – этой крысы Кай Лена. После всего, что натворил, он посмел насмехаться надо мной, тем самым буквально проворачивая лезвие ножа в нанесенной ране.

«Тебе не хватило сил остановить меня, - прочла я, - и теперь целая планета гибнет из-за того, что ты оказалась недостаточно хороша».