Свежий ветер (СИ)

Откуда-то издалека до меня доносились крики морских птиц и текущей своим чередом жизни. Все это до сих пор казалось нереальным.

- Как я сюда попала? – спросила я немного погодя, решив, что пришла пора задать интересующие меня вопросы и получить на них ответы – плохие или хорошие.

Андерсон немного помедлил, словно подбирая слова.

- Ты не помнишь?

- Нет, - подтвердила я. – Я помню, что видела, как отключались Жнецы, но тогда я была на Цитадели. После этого – ничего. Я была уверена, что умру там.

Он снова помолчал, и я пришла к выводу, что он не хочет о чем-то мне говорить.

Это осознание заставило меня занервничать. Может быть, это просто зарождающийся голод.

Мне хотелось, чтобы Кайден оказался здесь – он бы знал, что мне сказать.

- Тебя нашли на побережье Англии, неподалеку от Брайтона, вскоре после дезактивации Жнецов. Тебе повезло – мне сообщили, что ты была совсем рядом со скалами. Солдаты видели, как челнок упал в воду, и решили, что это, возможно, какой-то вражеский отряд, но как только они опознали тебя, то сразу же сообщили об этом.

Пляж. При упоминании этого слова в памяти что-то зашевелилось.

- Я помню свет, - сказала я тихо, глядя на колышущуюся на легком ветру занавеску.

- Свет?

- Яркий свет, как солнце. Я помню, что мне было тепло, помню звук волн, мягкий песок и… и свет. Мне казалось, что я уже умерла. Казалось, что я парю.

- Ты потеряла много крови, Шепард, - осторожно произнес Андерсон таким тоном, словно старался не раздражать дикое животное. Что ж, он сам виноват – это он просил рассказать обо всем, каким бы сумасшедшим это ни казалось. – Нам сообщили о падении челнока в четыре часа утра, так что ты могла видеть только искусственный свет – возможно, фонари приближавшихся солдат.

А что касается песка, так его нет на многие мили вокруг. Надо полагать, ты была сильно дезориентирована. Но… слушай, сейчас это неважно. Самое главное, что тебя вовремя доставили в больницу.

Я опустила голову. Слова Андерсона подняли в душе мерзкое чувство. Нет, это не самое главное. Почему, черт побери, все вели себя так, словно важнее меня нет ничего на свете? Это все чушь, я уже выполнила свое предназначение. Я была готова умереть, уйти из жизни, зная, что во мне более не нуждаются.

Зачем спасать меня, когда мне уже нечего больше дать им? Что еще они могли потребовать от меня?

- О чем ты думаешь? – прервал Андерсон поток моих мрачных мыслей, и я осознала, что хмурюсь так, будто нахожусь на грани слез, а губы обнажили зубы в агрессивном оскале. Но я не могла сражаться – я едва шевелилась.

- Значит, все закончилось? – снова спросила я натянутым голосом. Мне хотелось стиснуть кулаки, но лишь один повиновался этому желанию.