Святая развратница, или Отвергнутая жена Дракона (СИ)

Как легко незнакомка разгадала всю суть! Однако… мне действительно нравилось называться Лозой. Пусть это имя и правда станет моим прозвищем…

- Да, ты права. А как твое имя?

Девушка мягко и снисходительно улыбнулась."

"— Значит, я тоже не назову своё настоящее! – проговорила она задорно. – Мне нравится эта игра! Называй меня… Вирия. На языке моего народа это означает «серебристая драконница»…

Я почувствовала волнение. Как всегда, тема драконов была для меня очень близка. Подобное прозвище не удивило: у нас в королевстве каждый третий носил имя, так или иначе связанное с драконами.

- Из какого ты народа? – осторожно поинтересовалась я, а девушка расплылась в улыбке.

- Пойдём, присядем где-нибудь. В ногах правды нет…

Я кивнула, и Вирия уверенно повела меня ещё дальше, сквозь плотные заросли кустарников, где вскоре обнаружилась небольшая и весьма уютная беседка с деревянной крышей. Я поразилась орнаментам, выжженым на дереве чей-то однозначно талантливой рукой.

Повсюду виднелись миниатюрные изображения драконов, мечей, диковинных птиц, облаков и деревьев.

- Как красиво! – не удержалась я.

- О-о! - проговорила девушка с улыбкой. – Один мастер по моему заказу. Люблю подобную технику, хоть в королевстве лю… - она осеклась, но быстро исправилась, - то есть в королевстве Орнея она не в ходу...

- Понятно... – протянула я, не обратив внимания на непонятную запинку.

Мы присели внутри на узкие деревянные лавки, и я почувствовала себя весьма комфортно.

Девушка рассматривала меня с особым вниманием, и я пару раз позволяла себе задуматься о том, кто же она такая. Может это и есть сестра герцога? Но ведь о ней говорили, что она ужасна больна, а Вирия выглядела просто замечательно и была весьма милой.

Ладно, мы обе хороши: представились прозвищами. Хотя это всё-таки к лучшему. Незачем ей знать, как именно меня величают в этом поместье. Может хоть пару раз спокойно пообщаемся…

- Так из какого ты народа? – напомнила я свой вопрос, приготовившись слушать, а девушка мечтательно уставилась в небо.

— Моя родина... – начала она торжественно, словно поэт во время выступления перед публикой, – в ней есть всё: мягкость настоящего лета и суровость холодных гор, радость первых урожаев и торжество грозовых стихий… Это земля, текущая молоком и медом, потому что у нас очень много скота и диких пчёл…

- А как она называется? - вставила я в этот интересный монолог свою лепту, но Вирия не спешила отвечать прямо.

- Моя родина прекрасна, как горный хрусталь или цветущий сад. По ней тоскуешь вечерами, вспоминая беззаботное детство…

Глаза девушки потускнели, наполнились болью.

- Ты давно там не была? – решилась уточнить я.

- Да, - ответила Вирия и неожиданно смахнула с щеки покатившуюся слезу.