Связанные Зоной

На плохо слушающихся ногах, с глупой улыбкой побежал открывать.

— Тоха, здорово! — В квартиру ввалился давний друг и по совместительству партнёр Суворова в его фирме, Олег Нечаев. — Извини, что так поздно.

Несмотря на слова, в его голосе не было даже намёка на то, что он чувствовал себя виноватым.

Прежде чем Антон успел что-либо сказать, Олег скинул кроссовки и протопал в комнату.

— Опа! Коньячок глушим? И в одно лицо! Как не стыдно?! Ого! Это что, тот самый, что дядя Серёжа с Франции привёз?

— Да, — негромко ответил хозяин квартиры, с недовольным видом закрывая дверь. Ему сейчас было не до гостей.

— А что за повод? Ты же вроде специально его не трогал. Антон встал у входа в комнату, всем видом стараясь показать, что Олегу лучше уйти, но тот уже развалился в кресле и выливал себе в бокал остатки коньяка.

— Что такой кислый? Если бы я столько выпил, уже бы цирк устроил, а ты как… — Нечаев посмаковал напиток, одновременно пытаясь подобрать слова, которыми можно было бы описать, как выглядит Антон. — Ах, хорош! — довольно крякнул он. — Дядя Серёжа знает, что покупать! Передай ему моё почтение.

— Передам.

Родители Антона уже пятый год работали на Севере и бывали у сына редко, обычно проездом.

— А ты чего пьёшь-то? — мрачно поинтересовался у гостя хозяин квартиры. — Не на машине?

— На машине, — ответил Нечаев и замялся. — Слушай, Тоха… я тут это… с Людмилой поцапался. Ну, в общем, можно я у тебя переночую?

— Олег… — начал Антон. — Я… я не знаю…

— Суворов, ты чего? — сразу став серьёзным, спросил Нечаев. Даже встал с кресла и подошёл к Антону. — Такой вид, словно умер кто. Что случилось? Рассказывай.

Антон прикрыл глаза, тяжело вздохнул, потом посмотрел на друга:

— Мы с Маринкой расстались. Теперь окончательно. Были сегодня в ресторане, а потом… потом она сказала…

На глаза навернулись невольные слезы. Олег вздохнул и положил руку Антону на плечо, некоторое время молчал, затем произнёс:

— Н-да, хреново… Но ведь у вас к этому и шло… Хочешь побыть один?

Антон вытер ладонью предательскую влагу и устало покачал головой:

— Нет… нет. Оставайся. — Он опустился во второе кресло и сидел, подперев лоб кулаком. Его лихорадило.

— Думаю, любые слова сейчас будут лишними, — философски изрёк Нечаев и достал из бара вторую бутылку коньяка. — Значит, будем пить! Кстати, вчера Андрей вернулся.

— Какой Андрей?

— Ну как какой? Муж моей сестры.

— Который на зоне был?

— Не на зоне, а в Зоне!

— Какая разница?

— Большая! Огромная, я бы сказал! Та Зона, где был Андрей, — это не тюрьма, а территория вокруг Чернобыльской атомной станции.

— А, да, — без интереса отозвался Антон, — слышал что-то. Байки какие-то про этих…

— Сталкеров, — подсказал Олег.

— Может быть, не знаю.