Сво(бо)дные

Он озадаченно хмурится, ставя бутылку на стол и приближаясь ко мне.

— Ты опять?

— Извини, — пищу я. — Просто вспомнила, как в таком виде ты встретил меня на второй день нашего знакомства.

Крис обнимает меня со спины, глубоко вдыхает запах моих волос и мурчит:

— А как полотенчико упало, помнишь?

— Ну не мешай, — ежусь я от его щекочущего дыхания, выкладывая яичницу на тарелки.

— М-м-м… как пахнет…

— Надеюсь, вкусно…

— Я о тебе, конфетка.

— Блин, Крис! — Я выключаю плиту, разворачиваюсь к нему, а он тут же усаживает меня на кухонный шкаф, разводит мои ноги и поцелуем закрывает мне рот.

Целуя меня, он стягивает с моего плеча рубашку, вызывая во мне настоящий взрыв. Я хочу его. Хочу до крика. До помутнения рассудка.

Обвиваю ногами его талию, а руками — шею и пылко отвечаю на поцелуй.

Но к сожалению, нас прерывает телефонный звонок. Вместо музыки на моем смартфоне звучит мелодия.

Крис губами опускается к моей шее, а я дотягиваюсь до гаджета, на экране которого высвечивается незнакомый мне номер.

— Не бери, — просит Крис, расстегивая на мне свою рубашку.

— Не могу. Вдруг это с работы, или по разводу.

Я принимаю звонок и слышу хриплое рычание Васьки:

— Ну привет, женушка…

На меня обрушивается невидимая ледяная лавина. Замерев, я просто немигающе гляжу на напрягшегося вместе со мной Криса и чувствую, как дрожит моя рука с телефоном у уха.

— Какого хера в моем паспорте стоит штамп о разводе?

— Вась… — заикаюсь я. — Сергей должен был тебе объяснить…

— Да, он промямлил какую-то хуйню о разводе, но меня это как бы не устраивает. Слушай меня, Оксанка, если через полчаса ты, сука, не явишься домой с извинениями, я тебя из-под земли достану и за волосы домой приволоку. Усекла?

Я поглубже вздыхаю, заметив, как играют желваки на лице Криса, и твердо отвечаю:

— Я не вернусь, Вась. Все кончено.

— Ты че, блядь, думаешь, я не найду тебя? Да тебе же, кроме мамаши своей ебаной, податься больше некуда, голь перекатная!

— Я не у мамы. Можешь проверить. Только учти, Павел Георгиевич не я и жалеть тебя не станет. Если тебе дорога́ свобода и зубы не лишние, не суйся туда.

Васька желчно смеется и становится мне еще противнее. Я сбрасываю звонок, отключаю заигравшую вновь музыку и робко поднимаю лицо.

— Закопаю урода, — угрожающе шипит Кристиан.

— Забудь. Давай завтракать, пока все свежее.

Настроение испорчено, и я уже не могу расслабиться. Крис это понимается и ни на чем не настаивает. Помогает мне составить все на стол, наливает кофе, и мы завтракаем, обсуждая, что делать с вещами. Он соглашается со мной, что обещание надо выполнить, поэтому сразу после завтрака мы одеваемся и доделываем то, что начали наши родители. Только я, можно сказать, отлыниваю, то разглядывая фотографии с маленьким Кристианом, то слушая его истории из детства.