Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

Царь засмеялся:

– Демарат, какие слова слетели с твоих уст! Тысяча воинов будет сражаться со столь огромным войском?

– Да, царь, будет, – подтвердил Демарат. – Будет, потому что у них есть владыка – их закон, которого они страшатся гораздо больше, чем твой народ – тебя. Веление закона всегда одно и то же: закон запрещает в битве бежать перед военной силой врага, как бы велика она ни была, но велит, оставаясь в строю, или одолеть, или самим погибнуть.

Голос Демарата дрожал. Он знал, что так и будет. Спартанцы выйдут против персов и не отступят, пока не победят или пока не погибнут.

Но Ксеркс не мог поверить этому. И чтобы не спорить, обратил их разговор в шутку.

Леонид, царь СпартанскийЭллада замерла, как замирает земля перед надвигающейся грозой. Вести приходили одна за другой все более гнетущие, все более ужасающие. Ксеркс уже прошел по фракийскому побережью и теперь со всей массой своего войска идет через фракийскую область Пеонию.

А вот он уже в городе Ферме[141]. Стоит лагерем. Лагерь его занял все побережье Фермейского залива, вплоть до Галиакмона, македонской реки. Туда же, в Фермейский залив, пришли его боевые, кичливо разукрашенные корабли.

"

"Снова заседал Совет на Истме, снова эллины решали свою нелегкую судьбу. Разведчики следили за продвижением персидских войск. Сегодня они принесли известие, что персы вступили в область Верхней Македонии Пиерию. Оттуда через Фермопилы они пройдут прямо в Элладу.

Медлить больше нельзя. Совет тут же принял решение ввести войско в Фермопильский проход, а у мыса Артемисия, который недалеко от Фермопил, поставить флот, – так военачальники сухопутных и морских войск могут сообщаться друг с другом и, если будет надо, придут один другому на помощь.

На заре, когда белая Утренняя звезда еще висела в зеленоватом небе и вода чуть серебрилась на горизонте, военачальник Еврибиад вывел корабли в широкое Фракийское море. Флот миновал узкий пролив, синеющий между островом Скиафом и Магнесией, и, подойдя к мысу Артемисию, бросил якоря.

Защищать Фермопилы пошел спартанский отряд. Отрядом командовал спартанский царь Леонид, сын Анаксандрида, потомок Геракла. Молодой, энергичный, воспитанный в твердых традициях Спарты – не отступать ни перед каким врагом, – он взял в свой отряд триста самых отважных воинов, преданных родине, сильных телом и духом.

Все это были люди зрелого возраста, у всех были жены и дети, и все они знали, за что идут воевать и что идут защищать.

Спартанские правители – эфоры, истинные господа страны, цари над царями, – торопили Леонида:

– Иди и занимай Фермопилы. Пускай наши союзники не думают, что Спарта будет медлить. Тогда они, увидев это, и сами поторопятся послать свои войска.