Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

Афинские и фиванские войска, объединившиеся для битвы с Филиппом, маневрировали, выбирали место для лагеря, готовились к сражению. Кое-где вспыхивали стычки с македонянами. Один раз они столкнулись на берегу реки. Была еще схватка во время метели, названная Зимней.

И оба раза победили союзники.

Но Филипп крепко держал Элатею. Здесь неподвижно стояло у него тридцать тысяч пехоты и две тысячи всадников.

– Чего мы ждем? – нетерпеливо и сердясь говорил Александр. – Я начинаю думать, что царь Филипп становится стар.

– Спокойнее, Александр, – отвечал ему неизменный и незаменимый его друг Гефестион, – царь Филипп опытнее нас с тобой.

И, как тебе известно, – хитроумнее. Если он медлит, значит ждет удачного момента.

– Удачный момент может пролететь мимо!

Александр, которому уже исполнилось восемнадцать лет, крепкий, сильный и необыкновенно красивый юноша, ходил как конь на привязи. Ему казалось, что отец даром теряет время, что он дает возможность врагу набрать силы, что оттого и терпит Филипп поражения, что характер его стал нерешительным, а рука ослабела для боя. Откинув со лба густые волосы, Александр подставлял зимнему ветру горячее лицо и, поднявшись на крепостную стену, подолгу смотрел в ту сторону, где горели неприятельские костры.

Наконец Филипп созвал военачальников на военный совет. Александр и его молодые друзья, ставшие этерами царя, тоже присутствовали на совете.

– Да будет вам известно, – сказал Филипп, – а вам это, я думаю, уже известно, – что неприятель превосходит нас численностью. К фиванцам и афинянам присоединились коринфяне, эвбеяне, мегоряне, ахейцы, левкадяне, керкиряне. Их войско, как я сказал, превосходит нас численностью.

Но не силой и не отвагой. Клянусь Зевсом, сила, отвага, умение сражаться – эти качества на нашей стороне. Мы не раз терпели поражения, однако все те неудачи были поправимы. Но если мы допустим неудачу теперь – этого поправить уже будет нельзя. Мне не учить вас храбрости и решимости в битве. А вот как нам провести сражение, давайте подумаем вместе.

Все обсудили. Все решили.

– Если бы не Демосфен, – сказал Александр, выходя из царского шатра, своему другу Гефестиону, – мы сейчас были бы в Афинах. Но ничего, после нашей победы, – Александр невольно схватился за меч, висевший у пояса, – я заставлю замолчать этого человека.

– После победы?

– А ты сомневаешься в победе? Ты забываешь, Гефестион, что в сражении буду я!

Глаза их встретились. Ни один не отвел взгляда.

– Нет, – сказал Гефестион, – с тобой я в победе не сомневаюсь.

Александр улыбнулся, и лицо его сразу осветилось. Гефестион сказал то, что и нужно было услышать Александру.

Союзные войска вошли в Фокиду. Когда-то, по поручению амфиктионов, Филипп разорил ее. А разорил он ее до основания.