Таежный гамбит

Катером! Ну, а мы тут с Викторином Михайловичем постараемся быть достойными ваших подвигов, — улыбнулся Вержбицкий.

— Благодарю за доверие, Григорий Афанасьевич, — Мизинов поднялся, — быстрее бы пережить эту ночь! Терпения никакого!

— Понимаю, Александр Петрович, понимаю, сами как на иголках, знаете ли… Ну если так — с Богом! И позвольте, как в тот раз, в Чите, обнять вас, — он сграбастал Мизинова и три раза ткнулся щеками ему в подбородок.

Молчанов расправил острые, как шпаги, усы и крепко пожал Мизинову руку.

2

Добравшись до Харбина, Суглобов и его новые товарищи уже не застали там Мизинова.

На золото тоже оставалось только облизнуться. Суглобов с опаской поглядывал на хмурых чекистов, опасаясь, как бы они не рассвирепели и не расправились с ним по своему обыкновению. Но держались они на удивление выдержанно. Старший, Чекалов, хмурясь и поигрывая желваками, невозмутимо изрек:

— Мотаем во Владивосток! Окромя быть ему негде.

Это «окромя» резало Суглобову слух, напоминало солдатские будни окопной войны, воротило с души. Ну не любил Суглобов «сермяжной да разухабистой Руси», ох как не любил! Эти, новые, было видно, тоже не жаловали ее, однако ловко стилизовались под простоту, стараясь быть накоротке с побеждающим классом.

Впрочем, в их исполнении эта простота напоминала скорее простоватость, наподобие смачного мужицкого сморкания в ладонь и вытирания соплей о штанину, чем хитроумную, себе на уме, практическую крестьянскую сметку.

Нет, не любил Суглобов этой театральщины, а любил ли что вообще — сказать, наверное, и сам не смог бы. Хотя, несомненно, любил деньги, а сильнее их — только волю и власть.

Но теперь вот, увы, ни того, ни другого, ни третьего у него не было. И он послушно трясся в скрипучей телеге, что на глазах разваливалась от надсадного бега тощенькой лошаденки, безжалостно гонимой чекистами во Владивосток.

В город вошли вечером, переодевшись в раздобытую по пути солдатскую форму. Чтобы соблюсти видимость конвоя, необходим был офицер, а тут, как на грех, все погоны на шинелях чистые. Но предусмотрительность чекистов в который раз удивила Суглобова. Чекалов вынул из-за пазухи парочку новых, незатертых еще штабс-капитанских погон и ловко пришил их на место оторванных прежних.

Запастись парой винтовок было еще проще, и в город вошли уже ровным строем, настороженно озираясь на кишевших офицерами и японцами улицах. Поплутав немного по городу, вошли, наконец, во двор невысокого купеческого здания из добротного кирпича. Чекалов трижды постучал в дверь рукояткой нагана. Дверь подалась, на пороге стоял невысокий жилистый старик с керосинкой в руках. Прикрывая глаза от пламени, он внимательно вглядывался в гостей.