Таежный гамбит

Переулками выехали в параллельную улицу и остановились метрах в ста от конторы.

— Давай, — кивнул гость приказчику, и Зарядько, суетясь, стал поливать хламье керосином. Бутыль дрожала в его руках, проливалось на тротуар.

— Да не суетись ты! — окрикнул гость. — И побыстрее все-таки.

Намоченное тряпье снесли к воротам. Прислушались. Во дворе едва переговаривались казаки.

— Наваливай вдоль ворот, — шепнул гость. Потом приказал поплескать из бутыли на забор. Когда все было готово, скомандовал:

— Возвращайся в контору и жди меня. Когда пламя примется, я подъеду и скажу, что делать.

Весь дрожа, Зарядько кинулся в лавку и стал молиться — впервые за два года, когда связался с этими… Он украдкой глянул на улицу, не услышал ли незваный гость его мыслей. Тот вскоре подъехал, забежал в лавку и сказал:

— Занялось. Быстро беги к казакам и поднимай их!

Зарядько пустился во двор, но гость окликнул его:

— Да ключ-то мне отдай!

Вбежав во внутренний двор, Зарядько заорал что было мочи:

— Братцы! Станичники! Горим! Ворота извозчичьи горят!

Караульные бросились к воротам, распахнули их пинками, густой дым повалил во двор.

— За водой в конец улицы! — кричал Маджуга, выбегая во двор и застегиваясь на бегу. — В цепочку! Передавать ведра! Живо!

Казаки дружно разобрались, и вскоре первые выплески с шипением ворвались в густое, расползающееся пламя.

— Добро, — кивнул Маджуга и вдруг покрылся испариной: — А-а-а! Язвить тя! — и бросился к хранилищу.

Там двое карауливших казаков в волнении переступали с ноги на ногу. Бежать нельзя. Оставить станичников — тоже не по-казачьи.

— Гляну, что ли? — спросил один.

— Нельзя, стой! — одернул другой. — Справятся. Там хорунжий. Одолеют.

Однако отвлеклись все-таки, потому не заметили бесшумно ворвавшихся в помещение гостя и Зарядько. А когда обернулись и увидели — было поздно: оба полегли под меткими выстрелами.

— Стрелять не умеешь? — огрызнулся на приказчика гость, пряча револьвер за пазуху.

— Умею… но… как-то… — мямлил с перепугу Зарядько.

— Хватит лепетать! Принимай ящики! — гость подбежал к люку, открыл замок и прыгнул во тьму. Предусмотрительно захваченный фонарик осветил перед ним стеллажи с окованными железом ящиками.

— Добро, — крякнул он и подхватил ближний ящик. Поднатужась, вскарабкался по невысокой лестнице и показался над люком.

— Принимай!"

"— Я тебе сейчас приму! — метким выстрелом с ходу вбежавший Маджуга сбросил гостя обратно в люк. Но покачнулся и сам — от пули, выпущенной Зарядько из темноты. Пошатнувшись, он стал заваливаться на спину и, теряя сознание, успел заметить вбегавших в хранилище казаков.