Тайга мятежников любит

Заворожили глаза – глубокие, как колодец, колючие, черные. А остальное лишь попало в периферийное зрение: морда широченная, рост невелик, одежда из криво сшитых огрызков кожи, на ногах какие-то тряпочные обмотки, седые патлы, борода клочками… И рваный шрам под левым глазом, придающий созданию совсем уж неповторимый вид.

– Ты что такое, приятель? – хотел сказать Малютин, но вместо связных слов получилось козлиное блеяние. Он хотел подняться, но колени приросли к земле. «Гипнотизирует», – сообразил ротмистр и почувствовал, что начинает отключаться. Сонливость сразила – слиплись глаза, сознание кубарем покатилось с горы. Он не помнил, чтобы куда-нибудь падал, – просто перестал существовать…

Очнулся, когда солнце одолело половину небесной дорожки и уже клонилось к западу, просвечивая сквозь кроны. Он валялся на холодной земле, голова гудела, вместо памяти и сознания – чистый лист бумаги. Потребовалась уйма времени, чтобы голова заполнилась обрывками воспоминаний, а тело зашевелилось. Не настолько он еще истощился, чтобы поддаться галлюцинациям. БЫЛ лесной «господин» с рваным шрамом – не мог Малютин его выдумать! Такую рожу и после литра коньяка не выдумать!

Да и хрен бы на эту морду – главное, живой, вот только… Он вспомнил о чем-то важном, похолодел, приподнялся, завертел головой. Провели хитрого жандарма. А ведь так гордился он этим своим немеркнущим качеством – просчитывать любую ситуацию… Он лежал в том самом месте, где его лишили сознания. Поляна, окруженная кустарником. Загадочный холмик, труп Субботина (уж скоро пованивать начнет). Ни странного бородача, ни пистолета, ни… Он заскрипел зубами, вскочил и, наплевав на головную боль, принялся метаться по поляне. Коллекция Шалимова пропала! С собой уволок, мерзавец! Он бросился в кусты, потом опомнился, вспомнил, что по профессии он сыскарь, рухнул на колени, начал ползать по поляне, ища следы «снежного» человека. Не было следов! Только подошвы сапог – убитого уполномоченного и его собственные, – но с поляны они не удалялись, и в этом не было ничего сверхъестественного.

Нужно вернуть хладнокровие, выстроить мысли. У лубочного злодея не было сапог – обмотки на ногах. Умеет ходить по лесу, не оставляя следов… Он сел и начал мыслить строго и логично. Во-первых, странное место – с тяжелой аурой, как будто злые духи кружат над поляной и действуют на психику… Он слышал, что существуют вблизи глухих сибирских деревень так называемые плохие места – места, где похоронен местный колдун (или целая колдовская династия). В данных ареалах живому человеку лучше не появляться. А если уж появился, то будь любезен… Можно предположить, что Субботин просто по незнанию сунул шалимовскую коллекцию в одно из таких мест.