Тайга мятежников любит

Голос Самойлова из подвала:

– А что было дальше, Коляша?

– Он бросился на меня, – жалобно сказал Богданович. – Пришлось схватить со стола нож…

Совсем заврался горе-лазутчик. Хрястнул обо что-то диктофон, чтобы правду не узнали, и врал, что повредил в драке. Не диктофон надо было портить, дубина! И не пластиковый футляр! А пленку, которую специалисты аккуратно вынули из раздавленной кассеты и вставили в исправный корпус. Семигин вел себя миролюбиво до самого конца, пытался уложить перебравшего собутыльника, а тот буйствовал, крушил посуду, потом под руку попался нож… Он снял трубку внутреннего телефона, надавил клавишу.

Самойлов с готовностью отозвался:

– Слушаю, Алексей.

– Достаточно, Глеб, уберите его, – вздохнул Ройд и повесил трубку."

"Двое силачей в старомодных мужских «купальниках» бодались лбами. Руки сцеплены за спиной, ноги на ширине плеч, корпусы поданы вперед, потные, рычащие. Каждый стремился вытолкнуть противника за пределы обрисованного мелом круга. Хмельные завсегдатаи «Шагреневой кожи», собравшиеся у ярко освещенного «панкратиона», подбадривали спортсменов выкриками и хлопками.

Пищали разнаряженные дамы. В дальнем углу в полумраке за столиком сидели двое. Алексей Ройд, сменивший жилетку на двубортный костюм, и представительный плотный господин основательно за сорок, лощеный, моложавый, с внимательными глазами и неглупым лицом. Происходящее на сцене господину было в диковинку. Он неодобрительно покачивал головой.

– Такие вот нехитрые народные развлечения, Александр Витальевич, – равнодушно заметил Ройд. – Но не самый худший вариант, согласитесь? В Финляндии поедают на скорость дождевых червей, в Северо-Американских Штатах плюются на дальность сверчками, в Канаде швыряют на меткость карликов.

– Никогда не был в этих странах, – проворчал господин.

– Понимаю, – с улыбочкой ехидны откликнулся Ройд. – Вы же у нас гражданин, извиняюсь за выражение, Гондураса…

– Гватемалы, – поправил господин. – Хотя по-русски говорю, как видите, свободно – с легким, назовем его прибалтийским, акцентом. Не обижайтесь, Алексей, но в вас успешно совмещается сермяжная, прошу прощения, простодырость с амбициями на мировую значимость.

Я не имею в виду лично вас…

– Вы правы, Александр Витальевич. Только монархия спасет нашего зарвавшегося монстра от краха на международной арене. Чего изволите отведать, уважаемый временный попутчик? Жареную на гриле рыбу-меч? Перепелов под имбирным соусом? Супца из морских гадов? Или вам по нраву фьюжн? Скажем, кошерная китайская кухня?

– Что-нибудь полегче, – сглотнул собеседник. – Мы заключили джентльменское соглашение, если помните.