Тайна человека со шрамом

– А живые тут есть? – спросил Фатти у мистера Толлинга, который уже жадным взглядом рассматривал ящик с удивительными рогатыми жуками.

– Должны быть где-то, – ответил мистер Толлинг и заговорил со стоящим рядом человеком, которого Фатти видел ранее в президиуме. – Добрый день, сэр Виктор. Поздравляю, вы сделали такой замечательный доклад. Кстати, вы не знаете, есть ли тут ящики с живыми жуками – мой юный друг очень интересуется.

– Да, да, – ответил сэр Виктор. Его борода доходила почти до пояса. – Но вчера случилось несчастье: при установке неосторожно обошлись с двумя ящиками, они упали и разбились.

К счастью, нам удалось поймать всех жуков, кроме одного.

– Значит, эти жуки не выставлены? – огорчился мистер Толлинг.

– Выставлены. Случилось так, что у женщины, которую мы наняли уборщицей, есть дочь, имеющая, насколько я помню, блошиный цирк на местной ярмарке, и у них есть замечательные ящики для выступлений насекомых, которые могут быть использованы как выставочные. Так что мы смогли одолжить парочку.

Все вышло так удачно! Смотрите, вон они – в некотором смысле они даже лучше, чем наши, в них гораздо удобнее выставлять экспонаты для обозрения.

Фатти выслушал все это с большим интересом. Подобные ящики он уже видел утром на ярмарке. «Как звали ту злую девицу, владелицу ящиков – Люсита?»

Он осмотрел все выставочные ящики и узнал среди них два, очень похожих на тот, который утром показывала ему старуха В них копошились жуки. Рядом с ящиками стояла сама старуха с тряпкой в руке.

Так вот о какой «другой работе» говорила она Люсите – она нанялась уборщицей на время работы конференции.

Фатти внимательно посмотрел на нее и подумал, не знает ли она кого-нибудь со шрамом над верхней губой.

Он решил поговорить с ней. Она никогда не узнает в нем мальчишку, которого видала утром в блошином цирке, он совершенно изменил свою внешность.

Он обратился к мистеру Толлингу, когда они рассматривали ящики со снующими в них жуками:

– Я уверен, что видел такие ящики на ярмарке в Питерсвуде.

Как он и предполагал, старуха услышала его.

– Их взяли оттуда на время, – проскрипела она, – они из блошиного цирка, молодой человек.

Перед ним замаячил величественный Гун.

– Продолжай работать, женщина, – сказал он, возмущенный тем, что уборщица осмеливается заговаривать с кем-то на конференции.

Старушенция окинула его цепким взглядом своих косоватых глаз и отошла, там и сям смахивая пыль своей тряпкой.