Тайна старого кладбища

 – Кто вам сказал такую ерунду?

– Надежда Денисовна и Степаныч, – пояснил Павел Потапович.

– Как вы можете этому верить? – возмутилась Анна Константиновна.

– За что, как говогится, купив, за то и пгодаю, – развел руками Павел Потапович.

Маша тоже успела спуститься вниз. Они с братом обеспокоенно переглядывались. Если Павел Потапович знает про их ночную вылазку, им не поздоровится.

Но Павел Потапович то ли не знал, то ли его настолько захватил арест Симочки, что он больше ни о чем не мог думать.

– Фивимоновна и Денисовна сами видеви, как Симочку ночью Шмевьков увез, – сообщил Павел Потапович. – Но, догогая, мне некогда, – заторопился он.

Не успели присутствующие опомниться, как Павел Потапович уже резво сбежал с крыльца и понесся оповещать о случившемся других жителей поселка.

Анна Константиновна быстро набрала номер Ковровой-водкиной.

– Татьяна Филимоновна? Это правда? – услышали близнецы. – Какой ужас! Наташа-то как?… Ах, еще спит? Ну, я к вам сейчас бегу.

Она спешно отправилась умываться и одеваться. Затем, бросив на ходу: «Завтракайте без меня!» – ушла, чтобы «подготовить несчастную старуху к ужасному известию».

Впрочем, с несчастной старухой все обошлось. Наталья Владимировна вставала поздно. К тому времени, как она, напевая поставленным голосом «Хочешь, возьми коня любого», вышла из спальни, Шмельков уже доставил с извинениями Симочку на дачу.

К наркобизнесу она оказалась совершенно непричастна. Правда, у нее была своя тайна, из-за которой она так всех боялась и вздрагивала при каждом шорохе.

Оказавшись безработной, Симочка стала занимать деньги. Нового места службы так и не находилось, а долги росли. Симочка пыталась заняться челночным бизнесом, но лишь влезла в новые траты. В результате она задолжала одному из заимодавцев весьма солидную сумму. Тот начал ей угрожать. Симочка пока выкручивалась, платя ему проценты, из-за которых, естественно, делала новые долги.

Состояние ее было ужасно. А на старое сельское кладбище она ходила, по ее словам, «отрешиться от постоянных мыслей об угрозе». Местом встречи с заимодавцем она выбрала памятник с голубкой, чтобы «этот ужасный человек», чего доброго, не явился на дачу к Наталье Владимировне.

Единственной надеждой Симочки была все та же Коврова-Водкина. Она надеялась, что «тетя Наташенька» по старой памяти ссудит нужную сумму. Ее покойному мужу, хирургу Водкину, принадлежало несколько крупных медицинских изобретений, которые были запатентованы. Поэтому на счет Натальи Владимировны поступали вполне приличные гонорары со всего мира.

Однако Симочка никак не могла решиться сказать о своей беде. И вот, наконец, вчера, накануне встречи с заимодавцем, которая была назначена на двенадцать дня, Симочка открылась Наталье Владимировне.