Тайная магия Депресняка

– Ручку, – сказала Зозо.

– У нас нет ручки. И ножки тоже нет. Есть кожа. И часть… ну… назовем это копчиком, – заметил Эдя, созерцая содержимое сковородки.

– Не хочу копчик! Хаврон, ты людоед!

– И кто это говорит? Женщина, которая пожелала куриную ручку! – возмутился Эдя. – Кстати, твой Мефодий когда звонил в последний раз?

– Почему только мой? Он общий. Вчера.

– И как дела у нашего общего?

– Да разве он скажет? У него два ответа – «Норма» и «Отстань!», – сказала Зозо с досадой.

– Что, только два? Чего так плохо?

– В остальных случаях он использует фразу: «Ну чего еще?» И это мне, родной матери, которая ночей не спала… – начала Зозо убитым голосом и вдруг замолкла на середине фразы. Крайнее уныние не помешало ей углядеть в чайной чашке волос.

– Ну-ка, ну-ка! Это не мой. Для моего он слишком короткий. И не твой, – сказала она, выуживая волос ногтями.

– Откуда ты знаешь, что не мой? – удивился Эдя.

– У тебя они толстые, как проволока. Опять, что ли, девицу какую-то приводил?

– Ага. И стриг ее над твоей чашкой. Я всегда так делаю, – согласился Эдя. Иногда согласиться – самый простой способ прервать спор.

Зозо исторгла вздох:

– Хаврон, ты невыносим! Конечно, ты мой брат, но просто для сведения: я никогда не согласилась бы выйти за такого, как ты, замуж!

Эдя самодовольно похлопал себя по животу. Живот откликнулся сытым урчанием.

– Ну это вряд ли! Такой, как я, никогда не сделал бы тебе предложения… Мне другое непонятно: почему твой Мефодий упорно не соглашается носить с собой мобильник? А? И звонит всегда сам? С автоматов каких-то.

– Откуда ты знаешь, что с автоматов? – удивилась Зозо.

Эдя злодейски ухмыльнулся.

– Я все знаю! «Это же элементарно, Ватсон! Яд вам в чай подсыпали мы с миссис Хадсон!» – сказал Холмс, склоняясь над трупом лучшего друга».

– Прекрати! Меф что, вообще не оставлял тебе никакого номера?

– Ну почему вообще? Один раз, когда я надавил на него, как новая соковыжималка на старый апельсин, он оставил какой-то городской. Канцелярия там, что ли, какая-то…

– Может, боится, что не сможет платить за сотовый и не хочет нас обременять? – предположила Зозо.

Эдя недоверчиво скривился.

– Кто не сможет платить? Меф? Осенью он расплачивался при мне в киоске. У него в кармане денег прорва. И все скомканное такое. Смотреть противно – отнять хочется.

Зозо пролепетала что-то про повышенную стипендию, которую Мефу платят в гимназии как лучшему ученику. Хаврон захохотал и заявил, что если так, он немедленно бросает работу, отправляется в школу и становится там лучшим учеником.

– Что, очень много денег? – спросила Зозо робко.

Эдя задумался.

– Ну как тебе сказать… Не так чтобы безумно много, но больше, чем у меня в тот момент, точно.