Тайная семья моего мужа

Он явно хотел охарактеризовать Славу совсем иным словом, но воздержался. А вот я не сдержала своего недоумения:

- Не понимаю, какое тебе дело до…

- Это был я, - вдруг прервал он меня, кивнув на букетик, который я все еще прижимала к сердцу. - Тогда и сейчас - это был я, Лидия.

От этого неожиданного заявления сердце замерло, пропустило пару ударов, упало к ногам и вновь подскочило вверх…

Смысл его слов с трудом укладывался в голове, но сердце уже знало правду, уже безоговорочно ее приняло, выбивая по вискам одни и те же слова:

«Это был я…»"

"Рамиль невесело усмехнулся, глядя на мое ошарашенное лицо, отступил к двери и уже уходя, коротко кинул:

- Какое мне до всего этого дело - додумай сама. Не глупая ведь.

Его фигура исчезла за порогом, оставляя после себя лишь растерянность и какое-то тяжелое, щемящее чувство, которому я даже не могла дать названия…

Будто потеряла что-то важное, сама и не подозревая о том, что оно у меня вообще было…

Глава 46

Шаги Рамиля постепенно затихли в глубине коридора, исчезли, растворились, и осталась только глухая тишина.

Тишина, в которой набатом по вискам стучал один и тот же вопрос…

Он это серьезно?..

Я бы даже не усомнилась в том, что все это - какая-то неудачная шутка, глупый розыгрыш, жестокая насмешка… Но его тон, его голос, то, как он говорил все это, как смотрел на меня… не оставляли ни малейшего шанса на то, чтобы свести все к недоразумению, чему-то несерьезному…

Да и разум подсказывал: ну откуда еще Рамилю было знать о том, давнишнем букетике, если его оставил не он сам? На ум сразу пришли самые простые, логичные вещи, о которых тогда и не задумалась: муж не положил бы цветы на пороге - он вручил бы их лично. Кроме того, в те редкие разы, когда он покупал мне букет, тот состоял в основном из роз - нейтральный, корректный, пришедшийся бы по вкусу любой женщине. В цветах от мужа не было… души. Индивидуальности. Не то, что в этом простом, завернутом в газетку, букетике…

Я положила бархатцы на стол и несмело приблизилась к небольшому зеркалу, висевшему в глубине комнаты. Вгляделась в свое отражение - придирчиво, критично, внимательно…

Все пыталась понять, что разглядел такого во мне Рамиль. Что-то, что заслуживало его внимания, этих цветов, этих слов…

Но видела все то же, что и прежде. Поблекшая кожа, короткая, не слишком женственная стрижка, грустно опущенные уголки губ…

Смотреть стало просто невыносимо. Я с досадой отвернулась, пытаясь не думать о том, что видели глаза, о чем вопил разум, и о том, на что так наивно, вопреки всему, надеялась душа…

Пора было давно выкинуть подобные глупости из головы. Какие-либо любовные приключения - последнее, что мне было сейчас нужно.