Тайная семья моего мужа

И только для того, чтобы под утро появиться снова и отправить меня с клубным водителем домой: сам он не имел права покидать расположение базы, а отпускать в такое время одну наотрез отказался.

Едва передвигая ноги, я дошла до кухни, чтобы выпить стакан воды. За окном стелился предрассветный туман, делая все вокруг каким-то отрешенным и нереальным…

Я медленно пила воду, рассеянно бродя взглядом по знакомой уже обстановке. Сколько уже мы вот так гостили у Лены? Должно быть, недели две или больше... Я очень надеялась, что первая зарплата наконец позволит мне слезть с шеи подруги, ощутить собственную почву под ногами…

Блуждающий взгляд вдруг наткнулся на белые листы бумаги, лежавшие поверх моего старенького ноутбука. Я была абсолютно уверена, что не оставляла их здесь, а потому подняла, чтобы посмотреть, что это…

Рукой Алины была наспех начертана записка:

«Мамочка! Я попыталась вспомнить и набросать все, что ты рассказывала мне о приключениях мистера Даррелла. Очень хочу, чтобы ты записала эти истории так, как умеешь».

Я пробежалась глазами по напечатанному тексту, где Алина указывала все, что помнила: не в художественном, конечно, изложении - просто важные детали, места, моменты…

Перед глазами сами собой оживали картинки того, что я когда-то сочинила для своей девочки…

Для отвлечения и утешения ребенка, который умирал. Но Алина, к счастью, благополучно перенесла операцию и теперь у нее впереди были еще долгие и, как я верила, счастливые годы, а я…

А мне показалось вдруг: я просто не имею права это все не записать, не оживить, не вспомнить… Может, однажды эти рассказы о приключениях непоседливого енота помогут кому-то еще?..

Спешно открыв свой ноутбук, я села за стол и принялась печатать…

Глава 51

Некоторое время спустя

Слава жил с ними вот уже почти месяц.

Первичная, запретная радость от того, что он все же пришел, пусть даже не сознательно выбрав ее, а только когда лишился привычной жизни, теперь постепенно сменялась даже не то, чтобы разочарованием - жгучей болью, агонией от того, как все у них теперь происходило.

Нет, бытовуха ее не пугала и не отталкивала. Она все так же ходила на работу, как и до его переезда к ним, все так же отводила и приводила Артема в садик и из садика, просто теперь заботилась и еще об одном человеке.

И это доставляло ей радость. Поначалу. Она ведь для него сделала бы абсолютно все. Все, что только он бы пожелал. Только вот беда: рядом с ней он, кажется, не хотел ничего.

День за днем Слава становился все равнодушнее, безучастнее, отстраненнее. Он словно затухал, погибал, угасал на ее глазах, а она ничего не могла с этим поделать.

Когда-то она отчаянно мечтала о том, чтобы они чаще были вместе. Были постоянно.