Тайная семья моего мужа

* * *Как я и ожидала, девочки вернулись из школы вместе - муж водрузил на Алину обязанность забрать и привести домой младшую сестру и, судя по тому, с какой досадой хлопнула входная дверь, когда они вошли, старшей дочери это совсем не понравилось.

- Пап! - раздался ее голос совсем рядом с кухней, где я сидела, впервые за много лет взяв в руки книгу. - Ты обед приготовил? Как вкусно пахнееет! Ой…

Последнее вырвалось у нее, когда она вошла в комнату и увидела меня. Мы встретились взглядами: спокойный мой и удивленный, полный смешанных, непонятных эмоций, ее.

Сердце дрогнуло, потянулось к ней - такой уже взрослой, но все еще малышке для меня. Перед глазами встало все пережитое, все преодоленное с ней вместе. Мы были так близки, так тесно связаны, как же вышло так, что теперь она смотрела на меня, как на злейшего врага?..

- А, это ты… - пробормотала она, но в тоне ее сквозила скорее растерянность, чем враждебность.

- Мамочка, мамочка! Ты вернулась!

Младшая дочь влетела в кухню маленьким ураганом, бросилась мне в объятия, крепко обняла, словно боялась, что я исчезну…

Ее тело дрожало в моих объятиях, слезы - обжигали кожу на шее, и в этот момент я окончательно поняла: такое нельзя прощать. Слезы моего ребенка, пережитый ею страх, ничем нельзя оправдать. В груди закололо от прежде незнакомого чувства… оно было похоже на ненависть.

- Садитесь обедать, - проговорила я сдавленно, когда ко мне вернулась способность произнести хоть слово.

- Я не буду, - тут же резко отреагировала Алина.

- Как хочешь.

Вероятно, этого она не ожидала. Наверно, думала, что я стану бегать за ней, уговаривать, как маленькую… и потому ей не осталось ничего иного, кроме как, нервно сглотнув, развернуться и гордо выйти из кухни…

- Кушай, - подбодрила я младшую, успокаивающе погладив ее по спине.

Вцепившись одной рукой в вилку, второй Яна нащупала мою руку и сжала ее так, будто боялась отпустить хоть на миг.

* * *Когда в замке повернулся ключ, возвещая о возвращении мужа, сердце мое нервно, предательски скакнуло к горлу. Я знала, что должна сделать, миллион раз проиграла в голове слова, которые намеревалась сказать, но вдруг вновь, на одно мгновение, ощутила себя все той же Лидой, которая без мужа не могла сделать и шагу, покорно выполняла все его пожелания, порой походившие на приказы…

От этого невозможно было избавиться в одночасье. Годы уничижительных установок со стороны матери и мужа не получалось просто так взять и выкинуть из головы. Переломить, переиначить, перекроить себя саму, свою суть, вылепленную чужими руками…

Но умом я понимала: сейчас или никогда. Если проиграть эту битву - никогда уже не выиграть войну.

Муж прошел, в первую очередь, на кухню. Раздался звон: похоже, он гневно скинул с плиты все еще стоявшую там грязную кастрюлю.