Тайны Сибири

Оставшиеся бараки местное население почему-то стало называть именем как раз Кеннана, хотя его роль в экспедиции была десятая: возможно, доброжелательный американец им просто понравился больше других.)

В бараке проводники и обнаружили Уварова, которого старательно искали. Зрение (как всегда бывает со «снежной слепотой») к нему понемногу вернулось, но Уваров, судя по всему, решил, что хватит с него приключений. И уехал в те самые цивилизованные места, попросив ламутов самих привезти образцы. Ламуты обещали.

Уваров собрал еще кое-какие сведения.

Узнал, что в Чаунской губе была затерта льдами и затонула баржа с серебряной рудой, которую гнали некие «морские чукчи». Узнал, что на Чукотке в свое время побывал канадец Шмидт, собиравшийся «переправлять серебро с верховьев реки Анадырь», – однако, вспугнутый революцией, вернулся на историческую родину.

Самая темная история – с образцами. Сам Уваров упорно твердил потом, что образцы ламуты все же привезли и он самолично их сдал. Однако никаких следов этих образцов обнаружить так и не удалось.

Анадырское геологическое управление раскололось надвое.

Одни считали: тут что-то такое есть, в указанном месте может находиться пусть и не гора, но крупное месторождение серебра (или крайне похожего на серебряную руду минерала антимонита). Возглавлявший сторонников этой точки зрения геолог А. А. Сидоров напоминал: в так называемом Кордильерском поясе золото-серебряных месторождений есть балансы – выходящие на поверхность большие скопления руд с высоким содержанием серебра (сам он к тому времени открыл на Чукотке золото-серебряное месторождение, правда, небольшое).

Сторонники противоположной точки зрения считали всю историю с серебряной горой чукотскими сказками. Как писал позже Олег Куваев, «излишняя экзотика в геологической службе вызывает лишь недоверие».

Победили вторые. Никто не стал организовывать экспедицию для поисков серебряной горы. В 1932 году Уваров уволился и уехал в родную Одессу, где прожил больше двадцати лет, не пытаясь больше никого заинтересовать своими открытиями. Все это время в покинутых им местах искали исключительно золото, значительно более необходимое стране, чем серебро (и было открыто несколько крупных месторождений).

В начале 50-х годов прошлого века маятник, как порой случается, качнулся в другую сторону. Живший в Комсомольске-на-Амуре кандидат исторических наук Баскин занимался архивами землепроходцев – и пришел к выводу, что поминавшаяся в «протоколах допроса» шамана Порочи и князя Шенкодея «река Нелога» – это Бараниха, впадающая в море восточнее Колымы, а «река Чюндон» – это Анеюй.