Тайный дневник Верити

Залезаю на кровать и встаю на колени лицом к спинке. Кладу между ног подушку и представляю эту позицию – сидя на лице Джереми и сжимая спинку. Закрываю глаза и просовываю руку под футболку Джереми, представляя, что это его рука гладит меня по животу и ласкает груди.

Приоткрываю рот и втягиваю воздух, но шум над головой сбивает меня. Смотрю на потолок и слушаю грохот кровати Верити, которая гудит и двигается.

Убираю подушку, ложусь на спину и пялюсь в потолок, размышляя, что происходит в голове у Верити – если вообще происходит. Что там, полная тьма? Она слышит, что говорят ей люди? Чувствует солнечный свет на коже? Знает, кто именно к ней прикасается?

Вытягиваю руки вдоль тела и замираю, представляя, каково это – быть не в состоянии контролировать собственные движения.

Продолжаю лежать в этой позе, хотя с каждой минутой мне становится все тревожнее. Мне хочется почесать нос, и я сразу задаюсь вопросом, страдает ли Верити, что не может поднять руку и почесаться.

Закрываю глаза и думаю, что, возможно, Верити заслуживает темноту, покой, тишину. Но если она психопатка, то в ее руках по-прежнему находится так много нитей.

13

Когда я открываю глаза, запах меняется. Как и звуки.

Я прекрасно понимаю, где нахожусь. Я в доме Джереми. Просто… Не в своей комнате.

Смотрю на стены. Стены в хозяйской спальне светло-серые. Эта – желтая. Желтая, как стены в верхних спальнях.

Кровать подо мной начинает двигаться, но не из-за того, что двигается кто-то еще. Все происходит иначе… Как-то… Механически.

Сжимаю веки. Господи, пожалуйста. Нет. Нет, нет, нет, только не говорите, что я в кровати Верити."

"Начинаю дрожать всем телом. Медленно открываю глаза и как можно медленнее поворачиваю голову.

Увидев дверь, комод и телевизор на стене, я скатываюсь с кровати и падаю на пол. Подползаю к стене и поднимаюсь, прислонившись к ней спиной. Сжимаю веки. У меня истерика, я едва сдерживаюсь.

Меня так трясет, что я слышу собственное дыхание. Сначала это сдавленные стоны, но когда я открываю глаза и вижу на кровати Верити, я кричу.

И зажимаю рукой рот.

Снаружи темно. Все спят. Шуметь нельзя.

Этого не случалось давно. Уже много лет. Но это случилось, и я в ужасе и не представляю, как здесь оказалась. Потому что думала про нее?

«Сомнамбулизм нелогичен, Лоуэн.

В нем нет смысла. Он никак не связан с нашими намерениями».

Я вспоминаю слова своего врача, но не хочу над ними задумываться. Мне нужно отсюда выбраться. Двигайся, Лоуэн.

Скольжу вдоль стены в сторону выхода, стараясь оставаться как можно дальше от кровати. Прижимаюсь к двери, по щекам текут слезы. Поворачиваю ручку, открываю ее и выбегаю из спальни.

Но в этот момент меня обхватывают и останавливают руки Джереми.

– Привет, – говорит он и поворачивает меня к себе.