Танго с призраком. Том 3

Тони была настроена решительно.

Она не будет просто мстить. Это будет нечто иное. Справедливое возмездие. И она даже свою силу на это не потратит. После беседы с Ла Муэрте...

Пусть предъявляют претензии к богине. Она с удовольствием даст личную аудиенцию. Каждому.

- Проверяй, Рей. Как следует проверяй.

Когда призрак улетел, Тони заперла магазин и опустилась за стойкой на пол.

Подошел синьор Мендоса, прижался пушистой круглой головой к рукам, потом и вовсе на колени вспрыгнул...

Кот - лучше платка! Уж больше так точно! Слезы потом вылизывать неприятно, но ради хозяйки и потерпеть можно.

Бывает...

***

Анна Мария Агуэда возилась на кухне. Даже напевала.

Честно говоря, на нее сегодняшние события подействовали... положительно. Это было как катарсис.

Как очищение.

Как вскрытый старый нарыв. И вот из него вырвались на свободу потоки гноя, и человек чувствует себя намного лучше. А рана? Рана заживет...

Она выплеснула из себя все, застарелую ненависть, древнюю тайну, свою вину... все. И даже почти получила отпущение грехов.

Дело ведь в Храме происходило?

Вот, значит это почти исповедь.

Анна Мария жарила рыбу, напевала...

- МАМА!!!

На кухню вошел сын. И аж шарахнулся...

- что случилось?! - удивилась Анна Мария. Вроде как уж взрослый парень, чего шарахаться?

- Мама... что с тобой?!

- А что со мной такое? - удивилась Анна Мария.

- Ты... ты...

- МАМА!!!

Муж орал еще громче. И намного противнее.

- Да что случилось!? - возмутилась Анна Мария.

Вместо ответа сын схватил ее за руку и потащил в гостиную. Туда, где стоял предмет ее гордости.

Анна Мария обожала перед уходом вертеться перед ним, поправлять волосы, надевать шляпку или накидывать шаль.

Но в этот раз...

- МАМА!!!

Она рала так же громко, но гораздо противнее. И было, было отчего!

Из зеркала на нее смотрела... смотрело...

Не лицо. Харя.

Бугристая, изъеденная какой-то пакостью, вся в язвах и бородавках... такое на улице увидишь - удерешь быстрее лани.

- Что... что ЭТО?!

- Это... ты...

Муж осел на пол. Ноги его не держали.

Анна Мария медленно подняла руки к лицу - и страшилище в ее платье и ее любимом кухонном передничке, белом, с розовыми цветочками, сделало то же самое.

Она коснулась уродливой маски - и чудище в зеркале коснулось щеки.

И под ее рукой кожа была именно такой... жуткой, кошмарной, чудовищной...

По дому понесся истошный вой. В зеркало полетел подвернувшийся под руку стакан, повезло еще - промахнулась, а то бы и семь лет невезения были обеспечены.

Но здесь и сейчас Анне Марии было от этого ничуть не легче. Она даже в обморок почему-то упасть не могла.