Танго втроем (СИ)

Пилар убрала конверт в сумочку; там уже лежали черные свечи, коробок спичек, бутылка спиртного и коробка конфет, которые рекомендовалось приобрести для обряда в качестве откупа для демона. Пилар застегнула змейку на сумке, повесила ее на вешалку в коридоре, бросила взгляд на вещи, сложенные стопочкой — спортивный костюм и кроссовки которые она наденет, когда пойдёт на кладбище и вернулась в комнату. До полночи далеко, нужно придумать, как убить время.

Хорошо, что Дадо сегодня у неё не ночует, а то бы он мог испортить ей все веселье. Он как всегда улетел в очередную поездку с этой старухой. Пилар в сотый раз пожалела о том, что позволила ему тогда принять предложение, и зачем она только согласилась? Хотя она прекрасно знала зачем — ее увлекла идея о деньгах, которые заработает Дадо и подарках, которые он будет ей привозить.

* * *

Пилар вышла из подъезда, осмотрелась по сторонам. Двор был пуст, оно и понятно — время после одиннадцати вечера принято проводить дома с семьёй, или спать, так как, скорее всего, предстоит вставать рано на работу. Молодёжь — ночные жители, но они давно уже перестали шататься по дворам, это в годы молодости бабки Пилар было принято собираться компанией во дворе. Петь песни под гитару и слышать вопли отдельно недовольных соседей о том, что пора прекратить шуметь, а то, те милицию вызовут. Милиции, впрочем, как и советских нарушителей общественного покоя, давно не существовало. Милицию давно уже переименовали в полицию. Молодёжь превратилась в современных мажоров, с лавочек во дворе они перекочевали в ночные клубы.

Пилар, сжав в руках сумочку, полная решимости направилась в сторону остановки, благо ехать было совсем недалеко — кладбище было всего в трёх остановках от дома, а то, возможно, что она и не решилась бы. Хотя, все это отговорки; даже если бы кладбище было за городом, в пределах 200 км, она все равно на попутках или такси добралась бы до нужной цели. Так как куча истраченных нервов, подозрений и страха, что эта мразь в один прекрасный день заберёт у неё Дадо, не давала покоя девушке. Эта старушка слишком часто стала летать в свои заграничные поездки и естественно, что Дадо как собачонка едет за ней — это его работа, но…

Работа ли?

Пилар стала в этом очень сомневаться, особенно в последнее время.

Пилар на негнущихся ногах, вздрагивая от каждого шороха и треска, вошла на территорию кладбища. Кресты и памятники как отпечатки чёрно-белых негативов вырисовывались на фоне могил, холмики, заросшие травой, чередовались с засаженными красивыми цветами ухоженными могилками.

Деревья без листьев, с крючковатыми ветвями, похожими на лапы хищных птиц, добавляли зловещих красок, от которых страх липкой струйкой вползал в сердце.