Таня Гроттер и ботинки кентавра

– Откуда сбежать?

– Неважно. Лучше спроси, почему я так легко переношу голод.

– И почему?

– Потому что я из Тыра! У меня была хорошая жизненная школа. Знаешь, как у нас учат детей стрелять из лука? – ухмыльнулся Ург.

– Как везде. Уроки, наверное, дают. Ловить ветер, задерживать дыхание, целиться в центр мишени, правильно спускать тетиву и все такое, – сказала Таня.

– Ты что, издеваешься? Какой там центр мишени? Не смеши клоуна! У нас в Тыре все проще. Как только тебе исполнится семь лет, тебя перестают кормить и пинком выбрасывают из дома. Ты должен сам добывать себе хлеб.

– Как добывать?

– А так. Подвешивают на высоченный столб хлеб на веревке и дают тебе стрелу. Собьешь хлеб – твое счастье, перекусишь. Не собьешь – жди ужина. Будешь попрошайничать – пинок. А на ужин вместо еды снова стрелу. Промахнулся – гуляй, киса, жди утра. И так каждый день. К десяти годам почти каждый у нас способен подбить яблоко в полете. А ножи как метают? Загляденье. Висящую нитку перерезают. А вот мечники у нас в поселке, врать не буду, не ахти. Не ночное это оружие, неудобное.

И опять Таня вспомнила странный намек карлика о поселке изгоев. Что ни говори, а Тыр, находящийся где-то поблизости от поселка убийц, место колоритное. Явно не райский уголок.

– Слушай, можно задать тебе вопрос?.. Только пойми его правильно. У тебя кто-нибудь есть? – вдруг спросил Ург.

– У меня есть контрабас. Мне пока хватает, – осторожно сказала Таня.

– Я не о том… У тебя есть… ну парень?

– А почему ты спрашиваешь?

– Просто так… Ну мы же друзья и все такое. Это же не секрет?

– Нет, не секрет. Я не знаю, – сказала Таня.

– Ты и этого не помнишь?

Таня покачала головой.

– Совсем ничего? – допытывался Ург.

– Абсолютно. Но мне кажется, что я влюблена или была влюблена. Знаешь, это очень странно… не знаешь в кого, ничего не знаешь о себе, а ощущение влюбленности есть. Просто идешь, вдыхаешь ветер и ощущаешь себя влюбленной. Может, я сумасшедшая?

– Еще бы… Влюблена и не знает в кого… Мне этот тип уже заранее не нравится, – ревниво пробурчал Ург.

– Ну это уже твои заботы.

– А-а-а… Ну понятно…

Ург достал меч, точило и с неприятным звуком принялся водить им по лезвию. Но Таня видела, что лезвие и так острое и никакой особой необходимости в этом нет.

– Кончай тупить сабельку. Нечем будет резать колбасу, – сказала она насмешливо.

Ург придирчиво потрогал лезвие и сунул точило в сапог.

– Ладно, ты права, – буркнул он. – Прости, что затеял этот разговор. Давай его прекратим.

– Зачем же? Теперь моя очередь расспрашивать, – сказала Таня, посчитавшая несправедливым одностороннее проявление любопытства. – А у тебя есть девушка?

– Была. Но сейчас ее нет. Она… она погибла, – отрывисто произнес Ург.