Тагир. Ребенок от второй жены

— У меня овуляция, любимый, я знаю. Высока вероятность забеременеть. Поспеши же, — томно выдыхает, часто дыша, отчего предмет ее особой гордости колышется под тканью.

В этом нет нужды, ее вид не трогает мое воображение. Декольте для покорной жены весьма откровенное, неподобающее для приличной супруги. Стиснул зубы, представив в таком наряде Ясмину. И если бы хоть кто-то увидел ее в таком непотребном виде, полетели бы головы. Накатила ностальгия. Помнится, я часто по молодости набивал морды и зубы парням только лишь за один взгляд в сторону своей возлюбленной.

— Я еще раз повторяю. У тебя проблемы со слухом? Я сказал лечь. Не тяни время и подчиняйся, Наиля, — уже раздраженно повторил для особо одаренной.

— Ах, любимый, ты сегодня такой властный и строгий. Я в предвкушении. Накажи меня, Тагир. И начальника охраны тоже, он видел меня в таком виде, а это ведь грех, — ведет по ложбинке между грудей, намекая на свой откровенный наряд, который созерцать может только муж.

Хмыкаю, наблюдая, как она всё же подчиняется и ложится на топчан. Наглая, бесстыдная, зовущая мужчину.

Подхожу к постели, она прикрывает глаза, находится в ожидании близости. Нагибаюсь и подхватываю сумочку Ясмины. Снова смотрю на первую жену и, молча разворачиваясь, иду к выходу.

— Тагир? — позади раздается растерянный голос Наили. — Ты заревновал, поэтому уходишь? Это же было случайно, прости меня, любимый! Только не бросай, прошу тебя!

Практически плачет, хнычет, взывая к моей жалости. Но этому чувству я неподвластен. А ревность… Нет, в этой ситуации мне остается лишь пожалеть толкового мужика, от которого таким образом хотела избавиться женушка.

— Тагир! — кричит она, подрывается с топчана и кидается ко мне.

Выхожу за порог, оборачиваюсь.

— Ты наказана, Наиля. Знаешь, как я не люблю неповиновения и превратного понимания моих приказов. Я сказал дать Ясмине комнату, а что ты сделала? С этого момента ты живешь в этом чулане. Прислуга принесет твои вещи, — равнодушно гляжу в ее напуганные глаза. Она пытается возразить, но я не сдерживаю ехидства: — Не грусти, Наиля, комната же хорошая, ты сама сказала. Окно есть, туалет за ширмой.

— А как же Ясмина? — растерянно спрашивает, ожидая моего ответа.

Не удостаиваю ее ответом и демонстративно закрываю дверь перед женским носом. Знаю, что подчинится, поэтому спокойно иду к себе в спальню. Останавливаюсь перед заветной дверью и открываю сумку Ясмины. Хочу посмотреть, что в ней пострадало от удара об пол. А когда вижу фотографию со сломанным стеклом, замираю. Мой враг. На ней изображен Аслан.

Глава 9

Ясмина"

"Свернувшись в клубок, какое-то время лежу и прислушиваюсь к происходящему в коридоре. Страх хватает за горло. Руками нервно комкаю покрывало, которое натянула на себя после ухода мужа.