Тагир. Ребенок от второй жены

— Избиваешь людей моего дома? — холодно спрашивает ее, и до нее, видимо, доходит, что зря она сказала всё это при Тагире, так как напряжение в воздухе достигает своего накала.

— Н-нет, т-то есть… — сглотнула Наиля, бегая глазами от меня к работнице, которая продолжала всхлипывать, зажав рот ладонями.

— Быстро зашли в кабинет! — уже угрожающе двинулся вперед и рявкнул Юсупов на вдруг ставшую нечленораздельно лопотать первую жену.

Я вздрогнула от громкости его крика, а вот Наиля подорвалась и ринулась в объятия к отцу, который стоял внутри помещения и сразу же обнял родную кровь. И эта сцена так сильно тронула меня, что защемило сердце. Как же хочется увидеть папу… Здоровым и сильным, как прежде.

Фаина юркнула тихонько следом, а шествие замыкал начальник охраны Динар. Я же не сделала и попытки ступить внутрь кабинета, не было никакого желания оказываться с самыми неприятными мне людьми в замкнутом пространстве. Но этого от меня никто и не ждал.

— Иди к себе, — холодно взглянул напоследок на меня Тагир, будто тщательно сдерживая ярость, развернулся, но вдруг добавил: — В воскресенье едем на ипподром, Наиля подберет тебе подобающий костюм.

И захлопнул передо мной дверь. Я не стала стоять и подслушивать, о чем пойдет дальнейший разговор, сразу же ушла, вот только не по приказу Тагира в комнату, а на кухню, где так и не успела закончить завтрак.

Спустя час увидела рыдающую Фаину, которая проскользнула в сторону комнат для прислуги. С тревогой ожидала появления остальных участников этой безобразной сцены, но никто не появился, вот только за неприятным ожиданием у меня вдруг возникла мысль.

О чем таком просила Наиля эту Фаину, раз не позволила той договорить, залепив пощечину? Неужели она специально не предупредила ее, что хозяин дома взял вторую жену?

До утра беспокойно кручусь в постели, вздрагивая от каждого шороха. Не могу спать. С ужасающим, не поддающимся описанию страхом жду появления Тагира. Впадаю в дремотное состояние и снова просыпаюсь, когда путаю явь и сон. Мне чудятся звуки, хлопки.

Открываются со скрипом двери, стучат по полу шаги, рваный вскрик разрывает ночную тишину… То ли сновидение, то ли реальность… Померещилось, будто передо мной возник Юсупов с окровавленными руками, но, когда я выплыла из забытья, в комнате было пусто. Только я и темнота.

Без конца мусолю в голове слова Тагира про ипподром. Так сильно желаю, чтобы это было неправдой, ведь тема лошадей так болезненна для всей нашей семьи, что сейчас у меня колет под лопатками. Я восемь лет не видела конюшни, не ощущала запаха конского навоза."

"“Не бойся. Лошади умные создания, они чуют страх, — звучат в памяти слова старшего брата Аслана в тот день, когда мне исполнилось восемь.