Тринадцатый II (СИ)

А затем на языке жестов сказала:

— Я знала, что ты жив. Я верила.

Мне не удалось сдержать улыбку. Прежде я не испытывал подобных чувств, будто раньше у меня никогда не было семьи. Возможно, так оно и было, поскольку в обрывочных воспоминаниях из прошлой жизни были лишь тренировки и убийства. И так по кругу до самого момента моей смерти.

— Спасибо, что верила, — ответил я сестре.

Она искренне улыбалась, а глаза блестели влагой.

— Здесь ты будешь в безопасности. Но кто это с тобой? — спросила сестра одними руками, а затем кивнула на куратора.

— Это Иван Фёдорович, мой куратор из училища для видящих магов. Я ему доверяю, — сразу обозначил я.

Сестра кивнула и пригласила нас в дом. А я всё это время наблюдал не только за её эмоциями, но и за холодным взглядом брата.

— Вы голодны? — жестом спросила у меня Света, когда мы зашли в большой холл.

— Да, от ужина бы не отказались, — ответил я вслух, хотя руки так и рвались повторить фразу на языке жестов."

"— Я распоряжусь, чтобы слуги накрыли на стол и подготовили для вас комнаты, — сообщила девушка и упорхнула в соседний зал.

— Алексей, мы можем поговорить наедине? — обратился ко мне брат, когда сестра скрылась из виду.

— Да, — ответил я брату и бросил мимолётный настороженный взгляд на Ивана Фёдоровича, тем самым предупреждая его.

Но сделал это в тот момент, когда Евгений отвернулся, указывая мне идти на веранду.

Мы вышли, и брат присел за столик. Мы с ним внешне были похожи: те же темные волосы, высокий рост, аристократические черты лица. Но и отличались, поскольку матери у нас были разные. Евгению единственному в семье достались глаза изумрудного цвета.

— Ты сильно изменился, брат, — начал он разговор, когда я сел на стул напротив него.

— В таких условиях кто хочешь изменится, — ответил я, смотря на ровную гладь озера. — Вот сколько раз тебя пылись убить?

— Двадцать три. И это только те случаи, что мне известны.

— Хм, а вот я не помню сколько на меня покушались. Когда мне разбили голову кирпичом и бросили умирать в камере, многое перевернулось. И многого я до сих пор не могу вспомнить.

— Понимаю. Поэтому нам следовало держаться вместе с самого начала. Зря ты отказался, чтобы я сопроводил тебя на испытание.

— Вот этого как раз я не помню.

— Плохо. Я хотел поговорить именно об испытании. Ведь весь сыр бор из-за слухов, что ты его прошёл.

— Есть способ узнать это наверняка?

— Да. Я могу снова отвести тебя на это место. Но сам понимаешь, это может быть опасно.

Я не спешил соглашаться. Даже если Евгений заботился о Светлане, не факт, что он не подготовил ловушки для меня. Поэтому сведения о загадочном испытании следовало собирать с нескольких родственников.

— Лучше я схожу один, когда подготовлюсь, — ответил я.

— К такому нельзя подготовиться.