Темные времена

Выспавшийся здоровяк проследил взглядом за плывущим по течению гнилым грибом и, подойдя ко мне, тихо сказал:

— И еще говорят, что дворяне торговаться не умеют. Это же надо умудриться убедить гномов поселиться в отхожем месте.

— Рикар, что ты такое говоришь?! — прошипел я, бросив взгляд на спину идущего впереди Койна. — Спятил? Какое отхожее место?

— Почему спятил, господин? — притворно обиделся здоровяк. — Мы же все отходы в ручей сбрасываем. Это нам еще повезло, что сейчас не время ужина. А то брели бы по колено в…

— Замолчи! — буркнул я, поспешно собираясь с мыслями.

Здоровяк прав — ручей избавляет нас от всего мусора и решает проблемы с отхожими местами. До встречи с гномами такая система казалась мне идеальной. В прошлый наш разговор с Койном я забыл упомянуть об этой небольшой проблеме.

Рикар ткнул меня локтем в бок и глазами указал на Койна, который при свете факела недоуменно рассматривал что-то в воде. Вот он наклонился, пошарил руками под водой и вытащил оттуда оленью кость с остатками свисающих жил. Лоб гнома пошел складками от напряженного раздумья, взгляд перескочил с кости на крутящееся в воде сморщенное яблоко.

— Ну вот, и с кормежкой коротышек проблема решилась, — прокомментировал увиденное Рикар. — Из этой кости знатный бульон выйдет, а вон еще и подгнивший корень плывет — самое то, чтобы бульончику остроту придать.

Злобно шикнув на разговорившегося здоровяка, поднимая брызги я подбрел к Койну и пояснил:

— Мы используем ручей, чтобы избавляться от мусора — раньше подземное озеро и пещера были без надобности. Как только поднимемся, я распоряжусь прекратить сбрасывать отходы в воду ручья.

— Нет-нет, — возразил Койн и брезгливо бросил кость обратно в воду. — Вы поступаете мудро — гниющие отходы приводят к болезням. Оставьте все как есть — мы пустим воду другим путем, в обход пещеры с герестами. Все равно этот разлом надо осушить и выровнять, чтобы мы могли без помех добираться друг до друга.

— Хорошо, — кивнул я и хлопнул гнома по плечу. С каждым днем мне все больше начинал нравиться подгорный народец. К любой возникающей проблеме они подходили с завидной практичностью и умом.

Проходя через разлом, мы дважды делали остановки на торчащих из воды валунах, чтобы вернуть занемевшим от холода ногам чувствительность и немного перевести дыхание — идти приходилось в гору.

На каждом привале я проверял состояние Стефия — паренек упорно не желал приходить в себя, хотя дышал ровно и спокойно. Скорее бы доставить его в руки отца Флатиса — вредный старик живо поставит юношу на ноги. Заодно и мое плечо посмотрит — я боялся, что вычищенная рана снова может загноиться, и тогда пиши пропало.