Темные времена

Сегодня надо дойти до Подковы любой ценой.

Рикар несколькими зычными окриками заставил людей и гномов двигаться, и в лагере началась кипучая деятельность — собирали одеяла, вновь размещали детей на волокушах, спешно кормили и запрягали лошадей.

— Господин, рану вскрывать и чистить надо, — еще раз попытался образумить меня вихрастый Стефий, протягивая мне знакомые корешки. — Зараза глубоко внутри сидит.

— Как доберемся до дома, там и вскроем, и почистим, и подлечим. А пока забинтуй все это дело, да потуже.

— Слушаюсь, господин.

Стефий четко выполнил мое указание, и вскоре рана скрылась под новым компрессом из измельченных трав и свежими бинтами.

Разжевав сразу три корешка, я почувствовал, что боль затихает. Затем ученик священника заставил меня выпить отвратительно горький отвар, от которого у меня зашумело в голове и по телу прошла волна тепла — так бывает после выпитого натощак кубка старого вина. Слабость ушла, и я смог подняться на ноги самостоятельно. Осторожно наклонился вперед и сделал несколько шагов, чтобы убедиться, что голова не кружится и я могу идти.

— На сколько хватит действия трав? — спросил я.

— До полудня должно хватить, — ответил Стефий. — Позвольте, господин.

Приложив мне к груди ладони, Стефий закрыл глаза и замер, едва шевеля губами. Опустив голову, я внимательно смотрел на пальцы юноши и вскоре заметил знакомые искорки — юноша лечил меня, используя собственную жизненную силу. Как только боль в плече полностью исчезла, я решительно отступил на шаг:

— Хватит. Я в порядке.

За это время здоровяк уже соорудил прочную перевязь из обрывка кожаного ремня, что позволило мне обездвижить руку.

Через силу я заставил себя съесть пару кусков мяса и сделать пару глотков воды — мне нужны силы, если я хочу добраться до Подковы.

В голове на мгновение мелькнула предательская мысль — скинуть пару мешков зерна с волокуш и занять их место, но я преодолел слабость и махнул рукой, давая сигнал Литасу. Волокуши тронулись с места, и наш отряд вновь пустился в путь. С неба, кружась, упали первые снежинки.

Последний день пути обещал был трудным.

Как и все предыдущие…

Через несколько часов пути мы вышли на опушку леса, и перед нами открылось обширное холмистое плато. В самом его центре высилась скрытая в тумане Подкова. Осталось совсем немного. В прошлый раз мы пересекали плато несколькими лигами к юго-востоку отсюда.

Но порадоваться мы не успели — примчалась пара разведчиков и принесла страшное известие.

— Шурды! Самое большее — в часе от нас.

Услышав эту весть, я выругался и опустился на поваленный ствол дерева.