Тень Инквизитора

Ведь суть нашей жизни в служении…»

— Так как насчет кофе? Ты где живешь?

— Поговорим позже, — девушка заставила себя улыбнуться, — после конференции.

— Договорились! Сразу после фуршета.

Представители одной из двух древнейших профессий не оставили без внимания появление главных героев: правила игры все знали. И когда невысокий Борис и важный, с распушенной бородой Феофан вышли в зал, их встретили достаточно громкие аплодисменты. Камеры зажужжали, софиты вспыхнули, Осиновский улыбнулся, а запахи из подсобки стали гораздо явственнее.

— Добрый день, господа! — Опытный Борис уселся так, чтобы все видеокамеры снимали его анфас.

 — Заявление, которое мы хотим сделать…

И в этот момент зал погрузился во тьму.

Погасли не только стационарные лампы и софиты, выключилось все: видеокамеры, диктофоны, мобильные телефоны, выключились, словно повинуясь чьей-то злой воле. Журналисты удивленно переглядывались, техники лихорадочно тыкали пальцами в мертвую аппаратуру, операторы ошеломленно таращились на севшие аккумуляторы видеокамер.

— Что происходит? — Борис злобно посмотрел на Кселимана, тот развел руками.

 — Убью, мерзавец!

— За что?

— Это он, — губы Феофана подрагивали. — Не знаю как, но это сделал он.

К столу подлетел кто-то из служащих:

— Резервное питание не работает: генераторы не запускаются.

— Ты уволен! — Борис яростно сломал лежавший на столе карандаш. — Всех выгоню, …! Зажрались, суки! Директора сюда!!

О прямом эфире можно было забыть, о съемке — тоже, по крайней мере на какое-то время, журналистам оставалось только записывать.

— Сделаем заявление, — прошипел Борис. — Его передадут в редакции, и дикторы пустят информацию текстом, картинку дадим потом.

— Напрасно, — пробормотал Феофан. — Не поможет.

— Хватит ныть, речь толкай. Кселиман, быстро построй ребят.

Помощник захлопал в ладоши:

— Господа! К сожалению, по техническим причинам наша пресс-конференция немного задержится. Но митрополит Феофан желает сделать заявление и требует, чтобы оно было озвучено в ближайших же выпусках новостей.

— А телефоны здесь работают?

— Заработают. Записывайте.

Кселиман кивнул. Феофан вздохнул, медленно оглядел зал и…

Никто не знал, как в помещении оказался переносной телевизор — смысла в его наличии не было никакого.

Маленький, черный, японский. Он совершенно затерялся среди многочисленной аппаратуры, зато теперь, неведомо каким образом оказавшись неподалеку от стола, он привлек к себе всеобщее внимание. Он включился. Единственный электрический прибор, неожиданно заработавший в здании. Кто-то заботливо установил звук на максимум, и все, находящиеся в зале, прекрасно услышали слова диктора, ведущего выпуск новостей.