Тень невидимки
Вчера он спокойно смотрел футбол, лениво препирался с женой и латал старенький «жигуль» в гараже. Десять лет он прожил под чужой маской, пока она не стала своей. Всё изменилось в считаные секунды. «Контора» отдала приказ, и он вынужден бросить всё, потому что снова понадобился стране, которая, похоже, готовится к новому витку тайной войны, и у него нет никаких шансов избежать участия в ней. Ему придется отказаться от привычного быта, семьи и даже собственного имени. Вспомнить, как надо мгновенно убивать и изощренно пытать людей. Он будет скрываться от преследователей, угрожать первому лицу государства, манипулировать действиями его охраны, даже рыть себе могилу.И вовсе не ради того, чтобы вернуться…
Время такое, кругом гайки подтягивают, ты не переживай, не бери в голову.
А как не брать, когда в коридорах от тебя глаза отводят? Закачался Главный Хранитель, и все, на всякий случай, от него отшатнулись. Словно чумой заболел и всяк, чтобы не заразиться, от него шарахается. Такие нравы. Такой двор!
Вызвал Главный своего Зама.
— Чуешь?
— Вижу!
— А если видишь, чего не реагируешь? Чего челюстью щелкаешь?
— А что делать-то?..
Подтяни состав, усиль, удвой, нарасти. Возьми на себя повышенные… Покажи, что не жалея живота! Крутись перед «Хозяином» ужом, демонстрируй ему свою преданность и готовность! И списки жертв готовь, которых в двадцать четыре часа, обвешав выговорами и характеристиками!.
— И вот что еще, сориентируй бойцов на гостей.
— Опять уши резать будут?
— Может, и уши. Может, еще чего. Но только нам не уши теперь беречь надо, а головы. Так всем и передай! Готовь встречу. Готовь!.. И еще — не под протокол. Объявятся наши знакомцы — не церемонься с ними. Хватит! Если что, если чуешь, что ситуация выходит из-под контроля, — стреляй на поражение.
— Но приказ…
— Наделать тебе на приказ. Даже если он мой будет. Даже если оттуда. Вали их! Нам лучше трупы, чем невидимки. Трупы нам простят, а вот если мы их опять упустим — нет! Хватит клювами щелкать.
* * *Инженер был в халатике, в очках и стоптанных туфлях еще фабрики «Скороход». Смотреть на него жалко. Впрочем, теперь на всех инженеров смотреть жалко. Даже если человеческих душ.
Инженер смущался, мял в руках желтые резиновые перчатки, переминался с ноги на ногу и вообще места себе не мог найти. В собственном институте.
— Я никак не могу уяснить поставленную передо мной задачу, — бормотал он.
— Ну ты ученый?
— Допустим.

















