Тень моей хозяйки

Женщина в светлом платье с коротко остриженными волосами вошла в гостиную и поклонилась нам, а потом подняла взгляд и посмотрела прямо мне в глаза. Я не могла в это поверить. Так просто не бывает!

— Эли, неужели это ты, моя девочка? — прошептала она, прижимая ладони к груди.

— Мама! — Я вскочила и бросилась к ней. — Мамочка!

43"

"Несколько дней понадобилось мне для того, чтобы поверить: всё происходящее со мной — правда. Порой я просыпалась в полной уверенности, что сейчас протру глаза и увижу свою скромную каморку в домике для слуг. Умоюсь ледяной водой, облачусь в рабочее платье и, припрятав под подушку личные записи, оставленные на столе с ночи, отправлюсь на кухню.

Но всё было иначе. Я засыпала и просыпалась в объятиях Тейна, а днём помогала ему с работой, отвечая на письма и составляя документы, или упражнялась в заклинаниях под его присмотром. А ещё — со мной теперь была мама! Мы проводили вместе каждую свободную минуту.

В первое время мы с мамочкой никак не могли наговориться. Мне только казалось, что за семь лет, пока я жила у магистра Гедриса на острове, ничего не произошло. Маму интересовала любая мелочь, любое даже незначительное событие в моей жизни.

В послеобеденное время мы прогуливались по саду и она беспрестанно задавала вопросы, а потом с искренним интересом выслушивала мои сбивчивые рассказы, переспрашивая и уточняя детали. Я умолчала лишь о своём неудачном побеге и капитане Джусе: не хотела её огорчать…

— Как трудно поверить, что ты уже совсем взрослая, Эли! — восклицала она, останавливаясь на дорожке и разглядывая меня с головы до ног. — Семь лет пролетели так быстро, хотя не было ни единого дня, чтобы я не думала о тебе.

— Я тоже, мамочка, — всхлипывала я, прижимаясь к её плечу.

— Всё время надеялась на то, что ты жива и попала к хорошим хозяевам. Теперь мы ни за что не расстанемся!

— Кто знает, — с тревогой отвечала она и качала головой. — Господин Мартейн очень добр, но ты говорила, что у него есть враги в Совете.

— Он хочет изменить законы, конечно же, это нравится не всем!

— Боюсь, как бы он не нашёл себе на голову неприятностей, — вздыхала мама. — С таким характером непросто ему будет удержаться в Магистрате. Бунтарей и несогласных в Краю тысячи островов быстро лишают должности.

Хорошо, если только должности, а не жизни!

— Да, он горячий и вспыльчивый, но он совсем не дурак, мамочка. Я верю в него!

— Эли, милая, ты слишком в него влюблена! Я так за тебя волнуюсь…

— Всё будет хорошо, вот увидишь! — заверяла я маму и, обхватив за шею, целовала в обе щёки.

Я не обманывала, мне в самом деле казалось, что мы справимся со всеми трудностями. Теперь, когда мы с Тейном вместе, когда он каким-то чудом умудрился отыскать мою мать, проданную на остров Стефания по поддельным документам.