Тень за спиной
Антуанетта Конвей и Стивен Моран, блестяще раскрывшие убийство в романе «Тайное место», теперь официальные напарники. В отделе убийств их держат в черном теле, поручают лишь заурядные случаи бытового насилия да бумажную волокиту. Но однажды их отправляют на банальный, на первый взгляд, вызов — убита женщина, и все, казалось бы, очевидно: малоинтересная ссора любовников, закончившаяся случайной трагедией. Однако осмотр места преступления выявляет достаточно странностей. И чем дальше, тем все запутаннее. Жизнь жертвы, обычной с виду девушки, скрывала массу тайн и неожиданностей. Новое расследование выливается в настоящую паранойю — Антуанетта уверена, что это дело станет роковым для нее самой, что ее хотят подставить, избавиться, и это в лучшем случае. Вести дело приходится с постоянной оглядкой — не подслушивает ли кто, не подглядывает. Напарники не сомневаются, что заурядная «бытовуха» выведет их на серьезный заговор, но не знают, что затейливые версии, которые они строят, заведут еще дальше — туда, где каждое слово может оказаться обманом, а каждая ложь — правдой.
Можешь зайти?
— Конечно, — сказал торопливо Стив. Теперь этот дурачок думает, что я начну рыдать у него на плече. — Буду через пять минут.
Он прискакал через три, волоча за собой размотавшийся шарф.
— Иисусе! Да спокойнее ты, — сказала я, открыв дверь. — Нет никакого пожара.
— Ты в порядке?
— Я же сказала, в порядке. Ты что, не допил свое пиво?
— Ну да. Я же думал…
Рыжие волосы дыбом — олицетворение спешки.
— Ты сраный истерик. Хочешь выпить, для успокоения?
— Да. Спасибо.
Я направилась к стойке.
— Виски подойдет?
— Да. Прекрасно.
Стив стоял между кухней и гостиной и озирал помещение, чтобы не смотреть на меня. Сказал, обращаясь к кухонному окну:
— Я его видел. Его лицо.
— Ага. Я тоже.
Стив явно ожидал совсем других слов.
— Лед?
— Да. Пожалуйста."
"Он смотрел, как я достаю стаканы и разливаю напитки. Мои руки были тверды как камень.
— Ты с ним… В смысле, ты его еще увидишь?
Я протянула стакан.
— Вряд ли. Я сказала ему, что если увижу — пристрелю.
Стив хихикнул, громко и испуганно. Я вдруг поняла, как это прозвучало, и тоже рассмеялась.
— Иисус проклятый и благословенный, — проговорил Стив, отсмеявшись. — Похоже, все пошло не совсем так, как он запланировал.
Я снова рассмеялась.
— Бедный сукин сын. Знаешь, мне почти его жалко.
— Серьезно?
— Нет. Надеюсь, он обделался.
Мы уже не могли смеяться. Только держаться за стены. Я вытерла глаза, прикончила свой виски и налила еще.
— Давай сюда, — сказала я, протягивая руку за стаканом Стива. — Ты это заслужил. Думаю, ты был готов к тому, что я позову тебя таскать труп. Что, неправда?
Стив поперхнулся виски, закашлялся. Я снова чуть не задохнулась от смеха. Он пролил половину, а мой виски слишком хорош, чтобы так с ним обращаться, но мне было плевать. Давно я не чувствовала себя так хорошо.
— Посмотри на себя. С выпивкой так и не научился обращаться. — Я отобрала у него стакан, подлила виски и направилась к дивану.
— Ты действительно в порядке? — Стив внезапно стал серьезным. — Точно?
— Я уже сказала тебе.
Я плюхнулась на диван, откинулась на подушки и отхлебнула виски, на этот раз медленно смакуя. У меня есть свойство отмечать все изменения — в том, как падает свет, как перемещается центр тяжести тела. Может, завтра я позвоню ма и расскажу, как провела сегодняшний вечер, но сейчас меня ждет отходняк.
— Тогда… — начал Стив и замолчал.
Тогда что я здесь делаю? — хотел он сказать.
Я выпрямилась и произнесла, чувствуя удивительную отчетливость в голове:
— Кое-что для меня прояснилось. Я про расследование.
В ту минуту, когда мир перед мной осыпа2лся, прыгал и вертелся перед глазами, я вдруг увидела, что так отчаянно рвалась заполучить Ашлин — во всем его таинственном и мучительном сиянии.











