Теперь ему принадлежу. Беременна от монстра

Когда я это поняла, сразу расслабилась — дала ему владеть мной, как хочет. Это не страшно. Если он об этом говорил — что пожалею, то нет… Я сосредоточилась на ощущениях: глубоких беспощадных толчках, хриплом дыхании и зубах на шее, которые делали меня слабой — очень слабой… Он кончил, как только я подстроилась и начала с ним находить что-то, похожее на удовольствие.

А он уже все... Андрей откинулся в кресле.

Я остановилась, рассматривая умиротворенное лицо. В этом состоянии оно стало почти симметричным — только рот немного кривился. Погладила шершавые щеки, прикоснулась к неподвижному уголку рта, ощущая подушечками пальцев прерывистое дыхание. Я чувствовала, что он еще твердый во мне. С какого ты голодного края?..

Ему мало. Не хватило. Еще хочет. Мне тоже этого не хватило.

Ощущая, что я трогаю его, Андрей открыл глаза.

Я улыбнулась, встретив глубокий от сладкого наслаждения, очень льстящий мне взгляд.

— Прости, — хрипло, как пьяный, сказал он. — Я предупреждал, что не остановлюсь… Позволишь мне загладить вину?

Мне очень хотелось спросить, когда у него в последний раз была женщина, но интуитивно побоялась. Растрепанная, сидела на нем с загадочной улыбкой. Почему-то так хочется улыбаться лишь тем парням, с кем только что занималась любовью.

Даже такой странной.

— Раз виноват — заглаживай, — я водила пальцами по его губам.

Он запустил пальцы мне в волосы на затылке и наклонил к себе, впиваясь в рот. В этот раз поцелуй был размеренным. Из него ушла неукротимая страсть, я ощутила и изъян губ, и слегка непослушный язык…

Было уже все равно.

Какая разница — я таяла от ощущений. Мы взаимно двигались навстречу друг другу. Наш второй раз был похож на томный, чувственный танец. В основном выкладывалась я, он не мешал, только помогал иногда. Опытный любовник. Чувствуется, что умеет доставлять удовольствие — если хочет, если есть время… В машине неудобно, но он помог мне найти нужную позу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я в раю…

Раньше у меня таких опытных парней не было.

Это что-то новое. Он другой…

В попытках достичь оргазма я ерзала на нем. Постанывала. Получалось глубже, чем всегда — может быть, потому что это второй раз после первого, я разогрета очень сильно. С другими такого не случалось. Ощущения от непривычно глубоких проникновений, судорожное дыхание моего любовника, взгляд его странных глаз, устремленный в никуда, слились в мощный экстаз. Он захватил меня до кончиков пальцев. Ослепил. Погрузил в единственное стремление — закончить, достичь с ним чего-то сладкого, знакомого и незнакомого одновременно.

— Еще, — попросила я, уткнувшись губами в колючую щеку.