Терновая Лилия

Или просто не взял с собой вторую, запасную, пару?

— Я привёл их, Ваше Величество, — склонив голову, де Мессон приветствовал сидевшего в кресле у окна короля и отошёл в сторону, открывая вид на нас.

За креслом монарха с довольным видом стоял мой биологический отец. Увидев меня, он просиял еще сильнее.

— Закрой дверь, — махнул он Камилю. Тот с недовольным видом повиновался. Кажется, бывший ученик рассчитывал на большие почести у нового наставника. Сюрприз-сюрприз! Бегать и угождать придется и здесь. Я злорадно дернула уголком рта и уставилась на сидевшего короля.

Выглядел он неплохо… для того, кто недавно лишился души. Точнее, обменялся ею. Только затравленные взгляды, которые Его Величество изредка бросал на стоявшего позади него де Брассье, выдавали его беспокойство. Интересно, что отец успел ему наговорить?

— Где он? — требовательно вопросил родитель, как только Камиль плотно притворил дверь и навесил на нее какую-то хитроумную глушилку.

— Кто? — похлопала я глазами, изображая простушку.

— Ты молчи, — холодно приказал мне де Брассье. — Только уважение к твоим актерским талантам не даёт мне умертвить тебя мгновенно. Мне пригодится такая маленькая ушлая лгунья. Итак?

Он перевёл взгляд на Тьернона, который тот выдержал, не дрогнув. Даже иронично склонил голову набок, с любопытством разглядывая мужчину.

— Безликий, если не ошибаюсь? — уточнил де Бельгард."

"— Не ошибаетесь. Где король? — рука, лежавшая на плече беспамятного монарха, сжалась сильнее, и беднягу буквально вдавило в кресло магической аурой подчинения. Хорошо, что я держалась за Тьернона. Кажется, на нем было что-то из защитных артефактов, потому что желания тут же выдать беглеца у меня не возникло.

— Понятия не имею, — сдержанно ответил де Бельгард. — Советую вам сдаться и прекратить этот занимательный, но опасный фарс. Мы засчитаем ваше сотрудничество при вынесении приговора.

Родитель запрокинул голову и расхохотался, громко и неискренне. Когда он заговорил, веселья в его голосе не было.

— Мальчишка, это же ты передо мной стоишь в магических блокираторах и еще имеешь наглость требовать, чтобы я сдался? Ни за что! Не сейчас, когда я так близок к цели!

Несмотря на пламенное содержание, речь де Брассье звучала довольно вяло. Я бы даже сказала, сонно.

Король непосредственно зевнул. Он, кажется, не превратился совсем уж в младенца, как и я, но недоуменно переводил взгляд с магов на нас и обратно, не сильно понимая, о чем идет речь. Глаза его слипались. Как человек неодарённый, он был более чувствителен к любым изменениям в окружающем пространстве, будь то холод или снотворное.

Сам де Брассье тоже моргал чуть медленнее и чаще, чем обычно.