Терпи, неудачница!

Но Женя шла рядом, не отставая, и спустя пару минут она все-таки протянула:

- Знаешь, Саша, такой замшелой лягушке, как я, одного маленького поцелуйчика для превращения маловато будет.

- Это - намёк?

- Это - констатация факта. И я не обиделась, если что.

- Где ты работаешь? - мне на самом деле было интересно.

- Угадай!

- Ну это совсем по-детски! Я все-таки пытаюсь поддерживать светскую беседу!

- А мне интересно знать, кого во мне видят люди! Отвечай, я тапками кидаться не буду!

Я задумался. За словом в карман не полезет, значит работает в таком месте, где часто приходится давать отпор. Стишки странные декламирует... Речь грамотная. Немного свысока смотрит. Хотя последнее - может, только ко мне относится?

- У меня два варианта - ты либо полицейский, либо воспитательница в детском саду.

- Оба раза мимо, - она тяжело вздохнула. - Хотя я понимаю, почему ты во мне учительницу не признал. Хамство мое сбивает с толку.

- Ты учительница? Постой-постой, я сам догадаюсь,  какой преподаешь предмет!  - ну тут-то ошибиться я не мог. - Русский и литературу?

- Угадал, - мне показалось, что она ответила немного разочарованно. - Ну а ты, чем зимой занимаешься? Или на лыжах туристов водишь?

- Нет. На лыжах желающих нет. Я тренером в спортивном центре работаю.

- О-о, наверное, тетенек от лишних килограммов избавляешь?

Что-то такое издевательское послышалось мне в ее голосе. Естественно, как и моя бывшая, думает, что и там у меня куча любовниц! Поэтому объяснять, что я тренер по каратэ у мальчишек, не стал.

- И это тоже! Ну и массажами подрабатываю - исключительно для женщин!

Насмешливый взгляд сбоку коснулся лица.

- А я думала ты только поцелуями можешь из лягушки в принцессу...

- У меня все части тела волшебные, - не удержался и добавил. - Даже есть волшебная палочка.

Она захохотала, искренне и так заразительно, что я не мог делать серьезный вид дальше. Но обиженный голос за спиной ворвался в наше, только-только начинающее складываться, общение:

- Женька, как ты можешь? Ты же знаешь...

Весёлый смех оборвался, Плащевская опустила глаза и изменилась в лице.

- Маруся, мы просто разговаривали!

Я не понял, почему она оправдывается, почему ей нельзя со мной общаться, но когда попытался вмешаться и узнать, Женька просто отошла в сторону, молча и не глядя на меня. Маруся, впрочем, тоже последовала за ней. Я пожал плечами и пошел дальше - какие-то бабские закидоны! Пусть с ними сами разбираются.

Вечером на полянке, где обычно ночуем в первую ночь, мои измученные туристы попадали прямо на травку, отказываясь и от ужина, и от установки палаток."

"За хворостом для костра пошла одна Плащевская.