Возвышение Меркурия. Книга 14 (СИ)

Они лаяли, скулили и метались по улицам, пытаясь понять, что такое вдруг случилось с их хозяевами, да и людьми в целом. Но честное слово — от этого было только горше.

На плечи легли пальцы Найхвы. Ещё через секунду, она обхватила меня за корпус, прижимаясь сзади всем телом."

"— Ты остановил их. Иначе под ударом оказался бы весь мир, а не его крохотная часть. Думай лучше об этом.

Скептически хмыкнув, я чуть повернул голову, а золотоволосая продолжила.

— На разуме твоей жрицы стоит божественная печать. Скажи, ты чувствуешь силу богов в той конструкции, что здесь была? Вот и я нет. Значит, твой оттиск невредим. Он даст ей возможность выжить. Да и её конструкт ушёл вместе с ней.

Если предположить, что после перемещения будет хотя бы какой-то шанс на освобождение, а Лера не впадёт в панику, то Найхва была права. Но тут должно было совпасть сразу несколько разных «если». А для того, чтобы Жорик смог ей помочь, питомцу понадобится тело. Создать которое, опять же, могла только его хозяйка.

Взявшись за её руки, плавно отвёл их от корпуса и развернулся, глянув в глаза богини. А та неожиданно прищурилась.

— Если ты не забыл, мой мир мёртв. Полностью и бесповоротно. А этот всё ещё цел. Даже новая битва за его спасение выиграна — поражением тут и не пахнет. Или ты думал обойтись совсем без потерь?

В глубинах разума снова ворохнулся гнев. Адресованный, как самому себе, так и врагам. Но в одном Найхва была права — остальные люди всё ещё живы. И если я хочу добраться до тех, кто заявился сюда под масками эллинов, мне точно не стоит впадать в прострацию.

Глянув на неё, печально усмехнулся.

— Я всё помню. И что это сражение мы выиграли, тоже понимаю.

Дева прижалась ещё сильнее. Не отрывая взгляда от моих глаз, уточнила.

— Впереди будет много подобных. Это не будет лёгкой прогулкой, Меркурий.

Вновь разжав губы в усмешке, на момент коснулся ими её лба.

— Я и не рассчитывал победить по щелчку пальцев. Просто… Отвык терять кого-то из окружения.

Ещё несколько секунд мы так и простояли на краю крыши, смотря друга на друга. Потом я отстранился и отдал приказ.

— Возвращаемся. Здесь больше делать нечего.

Оболенский, чьи призрачные соколы рассекали пространство над городом, развернулся ко мне и вопросительно поднял брови.

— А проследить, куда она отправилась, мы не можем? Или последовать за ней? Если что, я готов вызваться добровольцем. Правда придётся оставить моё великолепное тело здесль. Но я надеюсь вы сохраните его в целости до нашего возвращения.

Похоже князь успел изменить точку зрения и теперь считал Леру живой. Вероятно, ещё и рисовал в своей голове картины её спасения, после которого у патриция появится шанс.

— Они использовали плетения, которые мне незнакомы. Божественной силы я не чувствую.