Тигровый, черный, золотой

Шуляев страшно возбудился, бегал, всем предъявлял свои мочки, кричал, что у него бабушка – еврейка… А художники – народ жестокий. Шуточку подхватили, стали отмахиваться от него, говорили, будто по ушам сразу видно, что он русский, мол, мочка отстоящая… – Касатый неожиданно хихикнул. – Было очень весело, – виновато закончил он.

– А что Шуляев? Эмигрировал в итоге? – не удержался Бабкин.

– Сидит, – скупо ответил Касатый.

– За что?

– Один из наших художников предложил ему выкопать бабушку, чтобы убедиться по ней, так сказать, воочию, что… Ну, что ее документы не поддельные.

– И что – выкопал?!"

"– Вы с ума сошли?! – страдальчески вскричал Касатый. – Что вы несете?! Как он мог ее выкопать, он же не клинический идиот!

– А сходство прослеживается, – кротко заметил Илюшин.

– Да! Да! Он глуповат, несдержан и чувствителен! Но это не повод, чтобы… – Касатый внезапно успокоился и закончил: – Шуляев понял, что над ним смеются, и подрался с этим художником. Тяжкие телесные. А поскольку раньше он уже привлекался… Полтора года. Выйдет через три месяца.

– А заварил всю эту кашу Ломовцев, – не удержался Сергей.

Касатый выразительно пожал плечами.

Глава 10

Анаит вошла в ресторан.

– Меня ждут, – сказала она метрдотелю.

Что потребовалось от нее Ренате Юханцевой? Они, кажется, ни слова друг другу не сказали, лишь здоровались издалека. Вернее, здоровалась Анаит, а Юханцева отвечала кивком, если считала нужным заметить девушку.

И вдруг звонок. Холодная, недоступная Рената так просто и естественно просит о встрече, что отказать невозможно.

По дороге в ресторан у нее оставался свободный час. Анаит заскочила в музей.

– Ксения, зачем я ей понадобилась, как ты думаешь?

Две девушки устроились в кабинете с бутербродами.

– Участие в ток-шоу будет предлагать, – уверенно сказала Ксения. – Зря смеешься! Ты умная. Молодая. И красивая. Этническая красота, знаешь, очень нынче востребована. Отлично будешь смотреться в телевизоре. И не забудь упомянуть, что у тебя есть очаровательная подруга с небанальной внешностью и хорошо подвешенным языком. Исключительно интересная для публики! – Она со значением поправила ладонью кудряшки.

– Что мы вообще о ней знаем? – спросила Анаит, уплетая бутерброд. – Из личных, так сказать, впечатлений?

Ксения задумалась.

– Ну, Юханцева два года назад устраивала у нас персональную выставку. Я такого количества звездных лиц одновременно никогда не встречала. А она, между прочим, записывала, кто явился и кто нет. Я своими ушами слышала, как она сказала: «Если Чудинов не придет, кукиш ему с маслом, а не приглашение».

– И как, пришел? – спросила Анаит.

– Еще бы! Ниточка, с ней лучше не ссориться.

– А выставка была успешной?

– А как ты думаешь? При такой-то толпе! Все разобрали.