Тихоня на боевом факультете

Мы выходим из административного здания, и я некоторое время осмысливаю то, что сказал Кестер. Получается, что у нас есть что-то общее в судьбе. Но очень отдалённо. У детей аристократов есть родственники и опекуны.

– Нет у меня строгих родителей, – насупившись, выдыхаю я. – Я выросла в приюте.

Кестер останавливается.

– Но у тебя дар.

Это звучит скорее как вопрос. Я пожимаю плечами и сухо говорю:

– Так иногда бывает.

Вот и сказала главное. Но остальное я обсуждать не готова. Самая вероятная версия появления детей с даром среди бедноты – это когда какой-нибудь богатей увлекается наивной девушкой из прислуги. И ребёнок от такой связи – позорное пятно на чьей-то репутации. От таких детей избавляются. Изредка их топят, но в этом случае велик риск для матери отправиться на виселицу, поэтому чаще всего малышей оставляют на крыльце обители или больницы. Согрешившие матери, если не удаётся скрыть позор, впоследствии оказываются в закрытых обителях.

Спасибо Кестеру, что он не строит никаких версий. Да и едва ли он в курсе, какие проблемы бывают у простых людей. Сирота сироте рознь.

– Из тебя получится замечательный целитель, – ободряюще говорит он.

– Если меня не выгонят, – хмыкаю я, вспомнив о подслушанном разговоре. – Я не очень-то вписываюсь в здешнее общество.

– Глупости, если у адепта дар, как у тебя, при чём здесь общество?

Он что, правда так думает? Но в этот момент мы подходим к столовой, и запахи, исходящие из приоткрытой двери, выметают из моей головы все посторонние мысли.

Завтрак в самом разгаре. Столовая переполнена.

Кестера окликает какой-то парень, и нас разделяет поток студентов.

Застываю на пороге, изучая обстановку. Овальный зал разделён на две половинки длинным столом, заставленным подносами с едой. Вдоль стен круглые столики, за каждым из них сидит несколько человек. В принципе всё понятно. Еду берут на длинном столе, затем рассаживаются по своим местам. Вот только у меня места пока нет.

Беспомощно оглядываюсь в поисках Кестера, но нигде его не вижу. Одёргиваю себя. Что-то слишком быстро я решила, что за его спину можно спрятаться. Не стоит ни на кого рассчитывать, кроме себя. С местом разберусь. Сейчас главное – до еды добраться.

Когда я оказываюсь перед столом с красиво расставленными блюдами, у меня глаза разбегаются: мясо, сыр, незнакомые фрукты, творожники. Хорошо, что шумно, иначе все услышали бы неприличное урчание моего живота.

Сглатываю слюну. Нужно себя вовремя остановить. Столько еды сразу я не видела никогда. И, наверное, если отпущу себя, то потом станет плохо. А вот глазами я бы съела всё."

"Поглядывая, что выбирают другие студенты, накладываю себе на тарелку пахнущее специями мясное рагу и овощи. Не удержавшись, добавляю творожный сыр и булочку, посыпанную кунжутом.