Тихоня на боевом факультете

 – Ты не могла бы?

– Могла бы, – отвечает девушка, бросив в мою сторону многообещающий взгляд, но при этом продолжая улыбаться. – Отведу к декану Мардего, покажу, где библиотека.

Последнюю фразу она говорит уже в спину Кестеру, и улыбка исчезает с её лица.

– А я тебя недооценила, соседка.

Глаза Кайры превращаются в узкие щёлочки.

– Дня не прошло, как ты появилась в Академии и уже умудрилась повиснуть на Кестере. Думаешь, ты одна такая?

– Я на нём не повисала, – вырывается у меня.

Наверное, есть смысл сказать прямо, что я прекрасно понимаю разницу наших статусов. Но… что-то не позволяет. Подруге бы я, быть может, посетовала, но не этой девице. Да и, вообще, сказать, что я думала о разнице наших с Кестером социальных уровней – это всё равно что признаться, что он мне интересен. А это не так. Точно нет. И я бы вообще о подобном не думала, если бы не выбил из колеи тот поцелуй.

– Я первый раз вижу, чтобы он кого-то из новеньких опекал, – продолжает наседать Кайра.

– Мне кажется, Кестер ясно сказал, что я помогла ему залечить рану."

"– И ты думаешь, я поверила? – хмыкает Кайра. – Да что ты можешь, деревенщина? Максимум царапину убрать.

Пожимаю плечами. Подыграть ей? Сказать, что рана была несложная? Но почему-то не хочется принижать свои способности.

– А где ты, кстати, с ним встретилась? – не унимается Кайра. – Не припомню я мест рядом с Академией, где летали бы арбалетные болты, разве что Тёмный квартал. Но там порядочные девушки не ходят.

Губы Кайры изгибаются в брезгливой усмешке.

– У входа в Академию. – Лучше уж соврать, чем оставить пищу для домыслов и сплетен. – И мне нужно идти.

– Я помню. Но не думаешь же ты, что я буду тратить своё время…

Выдыхаю с облегчением, вот уж я не расстроюсь, если она от меня отстанет.

– Не думаю, – киваю я. – Мне помощь не нужна, я уже знаю, где целительский факультет.

– Хорошо. И уясни себе ещё одну вещь: мы с Кесом помолвлены с самого детства, можно сказать, с пелёнок.

Она делает многозначительную паузу, давая мне время осмыслить. И я осмысливаю. В груди появляется неприятное ощущение.

Кайра продолжает:

– Ты ведь знаешь, что его родители погибли?

На всякий случай отрицательно мотаю головой.

– Ну так знай. Это воля его погибшего отца. А для Кеса всё, что связано с родителями, – свято.

– Рада за вас, хоть и не понимаю, зачем ты мне это говоришь.

– Чтобы ты не смела бегать за моим женихом.

– Я и не собиралась.

Кайра прекращает сверлить меня глазами и величественным движением подбородка показывает, что я могу идти.

Сколько раз я сталкивалась с этим жестом, но впервые он заставляет меня стиснуть зубы, чтобы не ответить резкостью. Я здесь не в прислугах у этой напыщенной аристократки, чтобы она вот так свысока со мной обращалась.

Вдох-выдох. Пытаюсь успокоиться.