Тёмная метка

Кроме смертного приговора у расследователя с собой имелся еще и указ о закрытии Школы. А это значит – монастырь для большинства студентов, кроме баснословно богатых.

– Но ведь люди могли погибнуть! Ингаретта, магистр Калмин… я, в конце концов.

– Не могли, – уверенно сказал ректор. – За ними следили лучшие целители империи, в том числе и личный лекарь императора.

– Но неужели нельзя было хотя бы дать намек? Сирра Аглисса совсем извелась, ожидая смерти.

– Нет, – так же твердо сказал ректор. – Если бы пошли слухи, что виновник найден, у расследователя не было бы повода задерживаться здесь. Это могло бы спугнуть сообщника.

Я замолчала, обдумывая услышанное. Значит, все наше расследование, все, что мы делали в это время, было зря. Я совершенно напрасно забросила учебу, да еще и максимально усложнила себе задачу сдать экзамен по некромантии. Это было обидно. Но с обидами можно и подождать – успеется.

– Но постойте, как вы узнали, что врываться в комнату и спасать меня нужно прямо сейчас? Вы ведь появились с последний момент.

Ректор пожал плечами.

– Мы вмешались именно тогда, когда появилась угроза жизни. До этого ее не было, а сирра Скаллерт все еще могла случайно проговориться. К тому же, чтобы заманить тебя к себе, она упомянула сообщников, и необходимо было убедиться…

Я не слушала, лишь подняла на ректора взгляд, полный боли.

– То есть вы могли прийти раньше, до того как она убила призрака?

– Не говори ерунды, – ректор встал. – Призрак по определению уже мертв, и наверняка умер давно.

Я лишь сокрушенно качнула головой. Вот уж не думала, что ректор может быть таким жестоким. Впрочем, почему? Что я вообще о нем знаю? Он – темный маг, один из самых сильных и могущественных. С чего вдруг ему оказаться тем, кто будет сокрушаться о гибели какого-то там призрака. Это ведь в моем шкафу он жил, мне желал доброго утра и на меня ворчал по поводу и без. Это я к нему привязалась, а магистр Линард увидел впервые…

– Но Салерия… она ведь не стала привлекательнее, ни капельки… – задумчиво проговорила я. – Такая же неприятная и грубая.

– А разве должна была? – ректор удивленно изогнул бровь.

– Ну как же?.. А зачем она тогда… – я заговорила торопливо: – Ведь не у всех жертв была сильная магия… сирра Аглисса например… да и остальные… Я думала, что она хочет забрать привлекательность, ведь все они очень… ну очень… – я запнулась. Объявлять себя красавицей было неловко. Тем более, что кажется, дело было все-таки не в красоте. – Ведь темная метка забирает не только магию, но и другие… особенности, – закончила я уже совсем упавшим голосом.

– Не думаю, что привлекательность входит в их число, – ректор словно и не заметил моего смущения. Или сделал вид, что не заметил, чтобы не смущать еще больше.