Тёмная метка

А я так усиленно раздумывала над тем, как проникнуть в комнату Ингаретты, что не обратила на это никакого внимания. А стоило бы.

Я взглянула на часы и подпрыгнула на месте. Времени совсем не оставалось. Я как-то уж очень зачиталась, а ведь надо было еще успеть на завтрак, иначе буду ходить полдня голодная, до самого обеда. А это рвения к учебе вовсе не прибавит. Оставлять дневник в комнате почему-то не хотелось, так что я быстро сунула его в сумку и понеслась в столовую.

Филая, Рилан и Орлен уже были там и явно с нетерпением меня ждали.

– Ты слышала про магистра Калмин? – тихо спросила меня Филая, когда я уселась за стол со своим подносом.

Вот ведь, а я только размышляла, как сообщить друзьям о том, что случилось и при этом умудриться не выдать, откуда я это знаю. Но у нас слухи расходятся быстро. Я коротко кивнула.

– Получается, самый подозрительный у нас теперь магистр Аберардус, – добавила я со вздохом.

– Это еще почему? – не понял Орлен.

– Ну очевидно же! Он преподаватель, ему было куда проще остаться с магистром Калмин наедине.

– Боюсь, что нет, – хмыкнул Орлен. – Не хотелось бы сплетничать, тем более, учитывая бедственное положение несчастной преподавательницы, но остаться с ней наедине было не так уж сложно.

Я бросила на него возмущенный взгляд. Это он, вообще, на что намекает? Не имеет же он в виду что-нибудь неприличное?

Но Орлен продолжил:

– Для магистра Калмин было очень важно, как бы это сказать… держать руку на пульсе. Знать все, что происходит в школе. В общем, она была знатной собирательницей сплетен.

Хм, а вот это был похоже на правду. Я вспомнила, какой допрос она мне учинила в мой первый день, когда я вышла из кабинета ректора. И как была недовольна, когда я отказалась отвечать.

– В общем, у нее тут было полно информаторов, – заключил Орлен. – И встречалась она с ними наедине, как вы понимаете. Так что наложить на нее проклятие мог кто угодно. А это значит, – Орлен развернулся ко мне и пронзил меня пристальным взглядом, – что дневник Ингаретты – по-прежнему наша главная надежда.

– Дневник? – удивилась Филая.

Неужели Орлен еще не рассказал?

– Дневник, – подтвердил он торопливо. – Катрина рассказала. И мы вчера его забрали у Ингареты из комнаты. Ну же, рассказывай, – обратился теперь уже ко мне. – Что там?

Я смешалась, ведь даже не успела все прочитать. Мне в одночасье сделалось ужасно стыдно, и я стала торопливо пересказывать все, то успела узнать.

– Она получила предложение руки и сердца… Но пока непонятно, от кого… С Катриной они часто оставались наедине, и не все там было гладко. А еще и соседка, та вовсе шастала к ней в комнату, как к себе домой, и не отличалась особой деликатностью, – затараторила я, но Филая меня остановила:

– Погоди, не тут же! – она оглянулась по сторонам.