Тёмные не признаются в любви

 – Он что-то сказал, прежде чем вы довели его до такого состояния?

Я вгляделась в неподвижного мага. И что с ним не так? Обычный ступор от понимания, что проиграл и угодил в цепкие руки закона? Хотя… нет. Если смотреть магическим зрением, то видно, что он опутан нитями тьмы, опутан по рукам и ногам. Но они сковывали не в физическом плане, а потоки силы. Джаред заблокировал ему дар? Неужели плети и такое могут?

Я с уважением покосилась на руки оборотня, по которым обычно «выползала» тьма. И наконец обратила внимание, что он тоже в форме. В темно-сером, почти черном, двубортном мундире с двойным рядом серебряных пуговиц и жестким стоячим воротником. Плотные брюки подчеркивали жилистые, сильные ноги давелийца, а черный кожаный ремень – узкую талию. Вместо нормальной зимней обуви Джаред носил щегольские туфли, что объяснялось наличием магмобиля. И никаких кантов, шнуров, эполет или блях на форме. И при этом полковник. Интересно, какой отдел? И у всех ли оборотней есть хлысты из тьмы?

– На руках мага слишком много крови, капитан Кимстар. Не всякий грабитель похвастается настолько большим личным кладбищем.

Откуда Джареду это известно? Я умирала от любопытства, но брат не спросил.

Вместо этого под град вопросов попала я сама. Сначала показания взял следователь из давелийского спецотдела, затем – коллега Карола. Сам брат что-то быстро черкал в записной книжке. Полицейские в синих и черных мундирах дружно работали, слаженно выполняя каждый свои обязанности.

Интересно, латорийцы в курсе, что делают темные здесь, на месте, казалось бы, банального ограбления? Я бы терялась в догадках, если бы не Джаред, который озвучил свои подозрения, что грабители имеют отношение к повстанцам.

Хм, если они с ними связаны, то, может, и ростовщик тоже?..

Следователь, когда допрашивал меня, в первую очередь поинтересовался, что делала студентка КУМа в «веселых кварталах». Я несколько ершисто ответила, что нуждалась в деньгах, а закладывать собственное имущество закон не запрещает. О странных жестах помощницы господина Корка я умолчала, попросту забыв. Теперь же решила исправиться и сообщила брату:

– И весь вид у нее был какой-то несчастный: бледная, испуганная. Но при этом она пыталась меня предупредить, как могла.

– Связь грабителей с повстанцами еще не подтверждена, а ты уже хочешь приписать к ним и ростовщика, – усмехнулся Карол. – Он занимается темными делишками, несомненно, но поймать его пока не удавалось. На него ничего нет, Элеяра, ничего, кроме слухов. Он ведь может и адвокатов натравить, утверждая, что ты портишь ему деловую репутацию, потому что не хочешь возвращать деньги.

Я испытала досаду.