Точка росы

Лед был сломан после того, как Нестерович за две недели наладил оперативную работу и вскрыл информатора, оповещавшего “чебуреков” о выходах спецподразделений на задания. Отряд базировался на позициях мотострелкового полка — и начальник продсклада регулярно зажигал на один прожектор меньше в тот вечер, когда “алфавиты” брали питание сухим пайком. Доказательств предательства прапорщика не имелось, поэтому командиры спецназа, не говоря ни слова своим бойцам, просто “отоварили” жадного прапорюгу позади столовки до полусмерти, а Нестеровича приблизительно до такого же состояния упоили спиртом. Прапора командир полка отправил от греха подальше в госпиталь, на военно-врачебную комиссию для получения инвалидности, списав побои на неизвестных хулиганов и матерно объяснив, насколько легко тот отделался.

С тех пор отдельный вагончик, стоящий особняком, с темным крыльцом в чистое поле, перечеркнутое забором из колючей проволоки, стал предметом уважения. Волчары спецподразделения теперь не насмехались над ковриком у входа, вытирали ноги, без возражения осторожно стучали пудовыми кулачищами в хлипкую дверь, прежде чем ввалиться, и не обижались, когда Нестерович просил их заглянуть попозже. Со своей стороны, питерский опер проявил знак доброй воли и принял на хранение неприкосновенный запас выпивки, еды, медикаментов и снаряжения. Ящики и мешки заняли половину жизненного пространства. Спецназ давно уже не уповал на государственное обеспечение. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих... Даже новые бронежилеты заказывали на свои.

Но тут Нестеровичу повезло — его новенький бронежилет был подарен ему соседом по дому.

А дело было так. Как-то, около года назад, у себя во дворе капитан спас жизнь одному чудаку: возвращаясь поздно вечером домой, он заметил позади детской площадки, около гаражей, группу крепких парней, окруживших плотным кольцом невысокого мужчину в светлом костюме. Нестерович быстро направился к ним и успел заметить, как в руке у одного из крепышей тускло сверкнуло лезвие ножа. Не раздумывая ни секунды, капитан бросился на обладателя ножа и одним ударом вырубил его. Остальные разбежались сами, и с ними вместе, правда, в другую сторону, почему-то удрал и человек в костюме. Нестерович уже было забыл о происшествии, но через месяц этот мужчина отыскал своего спасителя. Он оказался генеральным директором крупной швейной фабрики, а в прошлом — одним из лучших портных города. Узнав от капитана, что тот работает на Литейном, 4 и иногда “путешествует” по Чечне, директор отблагодарил Нестеровича так: собственноручно сшил ему по спецзаказу лучший, как он уверял, броник в Питере — легкий, удобный и прочный.