Точка заката

Ты бы лучше сам решил.

— У меня тоже семьи нет, — нашел сходство между нами Виктор. — Давно родители умерли, в аварии. И ни жены, ни детей. Да, бояться я точно не хочу.

— Ты подумай. Не спеши. Может, оно того и не стоит. Подумаешь, лишний блин на штангу не наденешь, — так не в этом счастье.

— А в чем? — тут же спросил Виктор. — Я и не знаю. Хотел просто — чтобы со своими вокруг. Чтобы не думать каждый день, кто тебя вечером в подворотне ждет «на поговорить».

Я видел, что решение он уже принял. И его выбор меня не радовал. Особенно меня не радовало то, насколько я повлиял на чужое решение. Дай бог, он не окочурится с бракованными ботами у сердца. Мне только этого довеска на совесть не хватает.

— Ты не спеши, — повторил я. — Подумай, прикинь.

Раздеться я так и не разделся. Хорошо хоть ботинки снял.

Через минуту я уже спал. Лишний груз на душе, может быть, и тянул, но спать хотелось все равно.

— Очень неплохо, молодой человек. Очень, очень неплохо, — заявил мне врач. — Отменное здоровье с точки зрения… здоровья. И мои коллеги, похоже, вас неплохо загрузили. Все самое новое, самое надежное. Кроме, конечно, вашего любимого «Ходока», но тут уж, как я понимаю, либо пан, либо пропал. Здоровье у вас отличное…

В его словах чувствовалось очень большое «но», и я сразу насторожился.

— Да… отличное здоровье. Вот только хиловаты вы. Мышечная масса, вес. Явная склонность к простудным заболеваниях, хотя, похоже, все детство вы закалялись, так что в рамках фенотипа вы сделали максимум. Рост опять же. Хиловаты вы для воина, сами не думаете?"

"Я лишь пожал плечами. Вопрос явно не требовал ответа. Если бы я так думал, то меня бы здесь и не было. По поводу трехочковых вспоминать не хотелось. Что им тут мои баскетбольные достижения? Да тут, наверное, через одного чемпионы. Еще и накачанные ботами так, что и к соревнованиям давно уже перестали допускать.

— Ну да, ну да, — покивал врач то ли моим, то ли своим мыслям. — С другой стороны, вроде как не со стороны идете. А раз вас из безопасности порекомендовали, значит, тоже о чем-то думали.

— Шустрый я, — буркнул я, лишь бы сказать хоть что-то. Я сам неожиданно оказался чуть ли не в той же ситуации, что и Виктор. И вдруг понял, что не хочу обратно в город. В пустую квартиру, в темные подворотни, которые все реже оказывались освещены, не хочу возвращаться к прошлому. Что бы ни было впереди, оно казалось предпочтительней того, что осталось позади.

Так я думал.

— Да, точно, шустрый, — вновь закивал доктор. — Это верно подмечено. Но я так скажу: в охране вам будет неинтересно, в штурмовые группы — точно не возьмут, вы бы видели тех детин, что там служат. Можно попробовать лишь в специальные подразделения, но в них и набор разовый, и далеко не всегда вообще хоть кого-то берут.