Тонкий расчет

Но как? Как?!

Инаугурация проходила в городском саду Франкфорта, столицы штата, рядом с громадными затейливыми цветочными «часами». Джан гордо стояла бок о бок с Оливером, пока новоявленный губернатор приносил присягу. Если он поведет себя правильно, кто знает, может, и в самом деле следующей ступенькой станет Белый дом? Отец, по крайней мере, заверил ее в этом. И Джан была готова пойти по трупам, лишь бы это сбылось. Ничто не должно стать на их пути. Ничто.

После церемонии Оливер с тестем заперлись в великолепной библиотеке Экзекьютив-Мэншн, губернаторской резиденции, величественного здания, скопированного с Малого Трианона – виллы Марии Антуанетты неподалеку от Версальского дворца.

Сенатор оглядел роскошно обставленную комнату и удовлетворенно усмехнулся.

– Все будет хорошо, сынок. Верь мне. Такого губернатора в Кентукки еще не бывало.

– Я всем обязан вам, – искренне признался Оливер. – И никогда этого не забуду.

Сенатор Дэвис решительно отмахнулся:

– Брось, Оливер. Ты здесь, потому что как никто заслуживаешь этого. Ну да, конечно, пришлось немного подтолкнуть события, но это только начало. Я слишком давно занимаюсь политикой, сынок, и многому успел научиться.

Он выжидающе уставился на Оливера, и тот послушно кивнул:

– Вы ведь поделитесь со мной, Тодд, верно?

– Видишь ли, многие люди не понимают главного, – объяснил Дэвис. – Дело не в том, кого ты знаешь, главное и основное – что именно тебе известно о знакомых и друзьях. У любого найдется свой скелет в шкафу. От тебя требуется одно – вытащить его на свет Божий, и тогда… Ты не представляешь, с какой радостью они пойдут на все, лишь бы помочь тебе. Я случайно узнал, что один из конгрессменов провел год в психушке. Другой подростком отбывал срок в исправительной колонии за воровство. Представляешь, что будет с ними и их карьерой, если все выплывет наружу? Но все это льет воду на нашу мельницу.

Сенатор открыл дорогой кожаный портфель, вынул стопку бумаг и передал Оливеру.

– Здесь все о тех, с кем тебе придется иметь дело в Кентукки. Весьма влиятельные люди, но у каждого своя ахиллесова пята. – И неожиданно весело хмыкнул: – Особенно чувствительна эта самая пята у мэра. Он трансвестит.

Оливер ошеломленно листал досье.

– Только держи все в сейфе, слышишь? Это чистое золото.

– Не волнуйтесь, Тодд. Я буду крайне осторожен.

– И вот что еще, сынок, – не дави слишком сильно на людей, от которых тебе что-то нужно, иначе они просто сломаются. Гораздо разумнее согнуть их немного, подчинить своей воле. Кстати, как у тебя дела с Джан? Не ссоритесь?

– Что вы, Тодд! Все прекрасно! – поспешно, слишком поспешно ответил Оливер, хотя в общем-то не солгал. В его представлении это был удачный брак по расчету, и лишь от него зависело, чтобы он не распался.