Только твоя

Два месяца в этом доме и каждый раз, когда мужчины запираются в кабинете через пару часов, прихожу я, неся с крепким кофе. Странно? Возможно. Оказалось, что это единственная возможность хотя бы как-то взаимодействовать с Арманом.

Сначала мне было больно, потом тоскливо, сейчас злит. Наверное, я стала понимать, что он меня не воспринимает и то, что я сама себе придумала на самом деле не соответствует действительности. Неоправданные ожидания – так это называется? Горько и просто. Точнее не просто. Больно вдвойне. Я словно сама в себе разочаровалась. Чего я ожидала? Что взрослый мужчина посмотрит на меня и потеряет голову? Грустно… потому что так и есть.

Подача кофе стала какой-то особой рутиной. Я цеплялась изо всех сил за это, доставляя себе очередную порцию агонии. Видеть его, говорить с ним и быть для него просто женой родного брата. Первое время я опускала взгляд, отчаянно краснела, смотрела из-под тяжка боясь встретиться с ним взглядом. А сейчас… сейчас словно потухло что-то внутри. Это как фитиль. Он горит, греет, а потом гаснет и тлеет пока не потухнет совсем. Уже не стеснялась, смотрела прямо не отводя взгляд.

Сложно сказать, что так повлияло. Возможно, ситуация в целом.

Мой брак бумажный, словно догорающий пепел, дунешь и разлетится… Всё так очевидно, что я устала ловить сочувствующие взгляды от персонала и откровенную жалость со стороны Фаины. Им меня жаль…

Грустно и смешно."

"Мой муж несколько недель не появлялся дома. Совсем!!! Словно пропал. Я узнала, где он только от службы охраны. Шухрат, который на самом деле ШуКрат, о чём он достаточно недовольно мне напомнил после того, как я исковеркала его имя.

– Я думал вы знаете…

– Знаю что?

Пытливо смотрю в глаза. Я переживаю, вся извелась за сутки. Не ночевал дома и даже не предупредил. Не берёт трубку, никто не знает где он!

– Он в квартире…

И посмотрел так, что вторая часть фразы не потребовалась. Сглотнула вязкую слюну и лишь уточнила:

– У него всё хорошо.

Отчаянно держала лицо.

– Да.

На самом деле мне было откровенно наплевать с кем мой муж, главное, чтобы это не влияло на наши договорённости. Но это влияло! Моё одиночество вышибало дух и веру.

Всё бы ничего, я практически привыкла, просто жила, гуляла по магазинам, училась, читала, врала маме о том, что счастлива в браке, плакала в подушку чтобы никто не видел, героически терпела сочувствие со всех сторон, гордо выпрямляла спину и старалась вести себя ни как обиженная девочка, а как взрослая женщина.

Без жалости на меня смотрел только Давид. И я бы сказала ему спасибо, если бы от этого его взгляда у меня не бежали мурашки по коже. Каждый раз! Это какой-то очередной вид издевательства.