Трактир «Разбитые надежды»

— Не дури! — оборвал его Сохатый. — За тобой идет Охотник!

* * *Это было невыносимо. Лилия стучала кулачками по столу, чтобы хоть как-то выплеснуть закипавший гнев. Прошел битый час, как хмурый охранник у ее двери сообщил о прибытии Лешаги, но тот до сих пор не явился к ней. Будто ничего и не было. Просто ляпнул заветные слова, просто убил ради нее почти два десятка «этих». Для Марата он, конечно, сделал бы то же самое. Она негодовала на Леху, на его ученика, на Сохатого со всей его нелепой монастырской братией.

«Как можно было поддаться минутной слабости и подумать, что Лешага — нормальный человек.

Какая же я дура, так попасться! — девушка зло всхлипнула. — Нет, я сумею с этим справиться, и очень быстро!»

Дверь «гостевой комнаты» отворилась, в нее с видом гордого презрения к сопровождавшей его охране вошел Марат.

— Ну как?! — дочь старосты, тут же забыв о своих терзаниях и окончательных решениях, бросилась к чешуйчатому. — Ты его видел?

— Да, — кивнул драконид. И, дождавшись, когда караул скроется за дверью, продолжил: — Он остался наедине с этим кольценосцем, в смысле Настоятелем.

Должно быть, сейчас они вернутся к схватке! Но это безумие, Красного ему не убить!

— Это еще почему?! — обидевшись за Лешагу, спросила девушка.

— Потому что тот уже мертв! — проникновенно зашипел юнец.

— То есть как это?! — не поняла девушка. — Только что ты сам говорил, что Лешага собирается с ним биться.

— Он собирается. Но только все это впустую, Сохатый — оживший мертвец. Ему дает силы Темный Властелин через специальное кольцо. Я когда-то читал об этом, — авторитетно заявил юнец и тут же погрустнел.

 — Я пытался ему сказать, но он ничего не захотел слышать. Красный задурил ему голову! Вещал что-то о символах, но клянусь, под маской его аж перекосило, когда он заметил, что мы с Лешагой увидели его тайное колечко, — драконид криво усмехнулся и передразнил уродца из старинной саги: — Моя пр-р-релесть!

Девушка побледнела. Чешуйчатый, несмотря на его нечеловеческий облик, похоже, знал куда больше ее. Порой его познания казались странными, ни с чем не сообразными, но кто бы мог поручиться, что это неправда?!

— Я слышал, — продолжал Марат, — что ожившего мертвеца можно уничтожить, вогнав ему в грудь осиновый кол или отрубив голову освященным мечом.

— Осиновым колом… — задумчиво проговорила Лилия, — да в грудь… Кого хочешь в могилу уложить можно. А освященный меч — это что?

— Не знаю. Но в книге было написано именно так. До Того Дня меч принадлежал Дункану Мак-Лауду, он бессмертный… — с благоговением протянул Марат.

— Меч?

— Дункан! Хотя нет, оба. А в конце должен остаться только один.