Золушка вне правил

Хотя очень оживленный путь проходит. Через Нойфельштатд проходит единственная дорога в Чахению из портов и столицы, Беллина. Извозчиков и телеги с коляской можете задержать на день, если понадобится. Но не более. Одну телегу и лошадь можете оставить себе, но извозчика не могу оставить, они все здесь живут, у всех семьи. Наймете, может быть, кого-нибудь из местных. Да, вот ещё, возьмите! Это я из казны, из прошлой арендной платы взял, мало ли, может понадобиться...

И мне в руку ткнули увесистый кошель с чем-то, глухо брякнувшим внутри. Только спустя длительное время я узнала, что добряк Франц просто отдал мне своё жалованье за два месяца.

Вначале ехать было скучно. Тянулись бесконечные пастбища, поля, затем сменившиеся садами, в которых работники убирали последние поздние яблоки. Я даже задремала, убаюканная мерным, плавным ходом коляски и пригревающим солнышком. Ближе к обеду проснулась от того, что на дороге стало шумно. Открыв глаза, огляделась. Да, движение стало интенсивным. В обе стороны шли тяжело груженные большие подводы, возчики громко окликали своих коллег на встречных курсах, в общем, гвалт был изрядный. Наш кучер, обернувшись ко мне, пояснил.

-Здесь как раз начинается путь в Чахению, груз для них перегружают на речных пристанях Трайна и Одерны, куда везут его баржами. После Нойфельштадта дорога идёт в горы, через перевал. Раньше он зимой закрывался, а сейчас редко когда на неделю - другую закроется.

Проехали пару деревушек мимо, не заезжая, только виднелись островерхие красные крыши да шпили небольших кирх. Спустя недолгое время наш обоз начал сворачивать на небольшую площадку в стороне от дороги. Там было выложено каменное костровище, вкопаны в землю несколько столов и лавок. Даже хворост был. Пообедали тем, что приготовила нам кухня, возчики метнулись в небольшой лесок неподалеку, восполнили запас хвороста, что потратили, и мы опять двинулись в путь, нам оставалась почти половина пути.

Приехали мы на место, когда уже откровенно стемнело. И хотя весь день светило солнце и мне в плотном дорожном платье было даже жарко, к вечеру все равно похолодало, и мне стало зябко. Поскольку последние часа полтора я откровенно клевала носом, то и не заметила, когда мы свернули в сторону с большака. Но Ульрика, болтавшая о том, о сем с кучером, сказала, что город вон там, за поворотом, его с большой дороги хорошо видно, а мы отъехали от нее километра на полтора (Автору известно, что в то время практически в каждом государстве была своя измерительная система, но для удобства восприятия пользуется современной метрической системой, принятой в Европе).

Перед нами высился темной громадой дом в два этажа, кажется, без малейшего проблеска света в окнах.