Третье пророчество

Наверное, все началось с того самого дня, когда он, наивный, прибыв в городок Тутаев под Ярославлем, сам того не подозревая, случайно дернул за тревожный колокольчик, отчего звон вскоре пошел по всей Руси Великой – и звон совсем нешуточный. Правда, колокола били в очень немногих, зато очень высоких и слишком секретных московских кабинетах. Простой народ этот звон не услышал – и слава Богу! Зато эмоции в этих кабинетах были накалены до предела, и вообще скандал разразился нешуточный. Каких только жутких кар – вплоть до публичной казни – не требовали люди в высоких кабинетах, какие только погоны не срывали со своих подчиненных за допущенный провал, граничащий с катастрофой! Какие карьеры в одно это ужасное мгновение рисковали быть пущенными под откос! Страшно себе представить.

.. Начальники самых могущественных и невидимых простому глазу ведомств вели между собой войну не на жизнь, а на смерть, обвиняя друг друга в самом страшном, то есть в измене родине. А она, вне всякого сомнения, заключалась в том, что кто-то мелкий и неведомый, никому, казалось бы, не подконтрольный и потому крайне опасный для интересов национальной безопасности, взял и дернул за сокровенный тревожный звоночек в городе Тутаеве Ярославской области, проник, так сказать, в самое сердце России и нанес ей подлый удар в спину.

Как это обычно бывает в такие судьбоносные для державы моменты, начальники тут же припомнили друг другу все понесенные ими за последние четыре десятилетия личные обиды от конкурентов по общей борьбе, и дело приняло уже совсем принципиальный оборот. Пока священное пламя войны полыхало в высоких кабинетах, а высокие коридоры сотрясали незаметные для обычного глаза взрывы, пока назревали тектонического характера кадровые перестановки и организационные выводы, наиболее активные и наименее полезные бойцы совершенно невидимого фронта готовились использовать внезапно открывшиеся возможности для решения давно стоявших перед ними карьерных задач.

Многие аналитики вовсе забросили свою рутинную скучную работу и занимались только тем, что вычисляли тактические и стратегические изменения, которые со дня на день должны были произойти на ключевых постах, вспоминали, кто с кем был дружен и кто когда кого чем обидел. Из чего тут же делались жизненно важные выводы о том, кто теперь займет какое кресло, а кто и вовсе потеряет все, что только можно потерять.

Для резидентур иностранных разведок в Москве настали горячие времена. Резиденты понимали, что у их русских коллег по тайному оружию происходит что-то очень и очень серьезное, но совершенно не понимали, что именно, а потому страшно разволновались и усилили боевое шпионское дежурство в российской столице.