Третий всадник мрака

Мак оставался алым, и она, внутренне обрадовавшись, что Мефодий пока не изменяет ей даже в мыслях, все же выругала себя: а) за мнительность; б) за такое доверие к талисманам мрака.

«Расслабляться рано! Мефодий-то ее пока не видел», – подумала Дафна и, спрятав мак, вновь начала смутно тревожиться.

Нырнув за угол, она материализовала крылья, наложила заклинание невидимости и полетела в Марьино. Возможно, лететь и не стоило, но без полетов она тосковала. Она очень надеялась, что не встретит по пути боевую пару златокрылых, которых ее невидимость не могла обмануть.

Прежде Даф не рискнула бы подняться в воздух, понимая, что существует риск быть обнаруженной, но в последнее время ей надоело бояться. Напротив, риск будоражил ее, делал кровь горячей, а движения легкими. К тому же Улита (или Даф это только казалось, а переспросить она не решилась) будто бы вскользь обмолвилась, что мрак, взяв Даф под покровительство, покрыл ее своей страхующей завесой, позволяющей не слишком бросаться в глаза стражам света. В общем, ситуация так или иначе разруливалась. Оставалась только одна мысль, которая, возвращаясь то и дело, тревожила Даф.

«Хороша я! Светлая, стала почти штатным сотрудником мрака! Летаю тут по его поручениям. Скоро со мной Лигул будет раскланиваться!» – виновато размышляла она.

Однако бесконечная синь неба, в сравнении с которой город терялся и делался кукольно-незначительным, и встречный ветер быстро изгнали из головы Даф все посторонние мысли.

* * *"

"Нужный Дафне дом оказался длинной панельной девятиэтажкой грязно-бежевого цвета. На ее облупленном боку помещались оскорбительные писульки, вроде «Гриша – медяк» или «Иванова – аморальная девочка-припевочка», распространением моды на которые (и на рисунки в мужских туалетах, кстати, тоже) занимался один из комиссионеров – тощенький лысоватый тип в кожанке, похожий на спившегося киномеханика.

За одну удачно и на видном месте размещенную надпись в иерархии Тартара давали 0,0000001 у.э., т.е. условного эйдоса. Это было, конечно, немного, но если хорошо потрудиться, можно было накопить изрядно.

Едва Даф потянулась к звонку, как дверь немедленно открылась. Дафна удивленно уставилась на свой палец, понимая, что не успела нажать. Перед ней стояла полная дама в джинсах настолько облегающих, что, казалось, попади в карман хотя бы шариковая ручка, дама лопнет с треском, как шар.

– О! – сказала дама, увидев незнакомую девушку. – О! О! О! Вот как!

– Добрый день! – вежливо поздоровалась Дафна.

– Добрый? Ты уверена? Не вижу в нем ничего особенно доброго. Обычный замороченный день, – отозвалась дама, вполне уже оправившаяся от неожиданности.

Даф пожала плечами и спросила, дома ли Петр. Именно так звали возможного ученика стражей, которого ей предстояло навестить.