Триумфальная арка

Женщина покачала головой.

— Хорошо, — сказал он санитарам. — Делайте, что нужно.

Санитары подняли покойника, взяв его за ноги и плечи, положили на пол. Равик хотел что-то сказать. Он посмотрел на женщину. Она стояла неподвижно. Он промолчал. Санитары вынесли носилки в тускло освещенный коридор. Затем вернулись в сумрак комнаты за трупом. Равик пошел за ними. Чтобы спуститься по лестнице, им пришлось поднять тело очень высоко. Их лица налились кровью и покрылись испариной. Покойник грузно парил над ними. Равик следил за санитарами, пока они не сошли вниз. Затем вернулся в номер.

Женщина не отходила от окна и глядела на улицу. У тротуара стояла машина. Санитары вдвинули носилки в кузов, как пекарь сажает хлеб в печь. Потом они забрались в кабину. Мотор взревел так, словно из-под земли вырвался вопль, машина резко взяла с места и, круто завернув за угол, исчезла из виду.

Женщина обернулась.

— Вам следовало уйти раньше, — сказал Равик. — Зачем видеть все до конца?

— Я не могла иначе. Не могла уйти раньше его. Неужели вы этого не понимаете?

— Понимаю. Идите сюда. Выпейте еще рюмку.

— Нет, не надо.

Когда прибыли полицейские и санитары, Вебер включил свет.

После выноса покойника комната казалась более просторной, но вместе с тем и удивительно мертвой, словно тело ушло, а смерть осталась.

— Вы ведь покинете этот отель? Не так ли?

— Да.

— У вас есть в Париже знакомые?

— Нет. Никого.

— Вы знаете какой-нибудь другой отель, куда хотели бы переехать?

— Нет.

— Есть тут неподалеку небольшой отель «Милан», чистый и вполне приличный. Там вы сможете прилично устроиться.

— А нельзя мне жить в том отеле, где… в вашем отеле?

— В «Энтернасьонале»?

— Да. Я… видите ли… я уже немного его знаю.

Все-таки лучше, чем совсем незнакомое место.

— «Энтернасьональ» — не самый подходящий отель для женщин, — сказал Равик.

Этого только не хватало, подумал он. В одном и том же отеле! Я не сиделка для больных. И потом… может быть, она считает, будто у меня уже есть какие-то обязательства перед ней? Ведь и так бывает.

— Нет, не советую, — сказал он резче, чем хотел. — «Энтернасьональ» всегда переполнен. Беженцы. Лучше всего отправляйтесь в «Милан». Не понравится — в любую минуту сможете переехать.

Женщина посмотрела на него.

Он почувствовал, что она прочла его мысли, и ему стало стыдно. Но лучше на мгновение испытать стыд, зато потом наслаждаться покоем.

— Пожалуй, вы правы, — сказала женщина. Равик распорядился снести чемоданы вниз и погрузить их в такси. До «Милана» было всего несколько минут езды. Он снял номер и поднялся с женщиной наверх. Это была комната на втором этаже, оклеенная обоями в гирляндах роз, с кроватью, шкафом, столом и двумя стульями."

"— Подойдет? — спросил он.

— Да, вполне.

Равик посмотрел на обои.